Когда плёнки были проявлены и высушены, батя просматривал их на свет, чтобы определить получившееся качество негативов. После этого наступал увлекательный процесс печати фотографий, а увлекательный он был, потому что процесс был творческий, ведь из ничего получалось что-то, целое произведение искусства! Вдобавок, процедура должна была проходить при свете красного фонаря. Красный фонарь представлял собой металлический прямоугольник, с одной стороны которого находилось красное стекло. Когда фонарь включали в сеть, свет, который он давал, становился тускло-красный, из-за которого фотография не могла засветиться.
Таинственности прибавляло то, что фотографии нужно было печатать строго ночью, когда на улице минимум освещения. Окна на кухне завешены плотными шторами, на холодильнике стоит красный фонарь, дающий мистический кроваво-красный свет, на кухонном столе стоит фотоувеличитель, громоздкий механизм, с помощью которого подаётся изображение с плёнки на фотобумагу. По одну сторону фотоувеличителя лежат пачки чистой фотобумаги, по другую сторону стоят небольшие металлические кюветы с реактивами.
Батя с Жекой занимаются делом. Батя, сидя на табуретке перед фотоувеличителем, заправляет в него плёнку. Достаёт из пачки лист чистой белой фотобумаги, кладёт её под увеличитель, ручкой подматывает плёнку на нужный кадр, регуляторами выставляет резкость, размер кадра, потом кнопкой на короткое мгновение открывает через линзу подачу яркого белого света через плёнку, и на фотобумаге фиксируется изображение, но его пока ещё не видно. Для того чтобы появилось изображение, отец берёт белую фотобумагу пинцетом и кладёт её в кювету с проявителем, и здесь происходит чудо! На фотобумаге медленно появляется чёрно-белое изображение. За минуту оно полностью появляется, и можно посмотреть, какого качества получившаяся уже не фотобумага, а фотография. Если не засвеченная, хорошая, то батя достаёт её из кюветы пинцетом и кладёт в кювету с закрепителем. Подержав фотографию там, достаёт пинцетом и несёт в ванную, где вешает для просушки на верёвку, цепляя прищепкой за самый краешек. Потом настаёт очередь следующей фотографии.
Процесс неспешный, проходящей ночью, и от того кажущийся таинственным и необычным.
За ночь фотографии успевали высохнуть, их оставалось только положить в какую-нибудь толстую книгу для выпрямления, и можно было класть либо в фотоальбом, либо в большой конверт, сделанный из клеёнки, на хранение… Насколько Женька понял, батя был очень увлечённым фотолюбителем, и любил фиксировать малейшие события в жизни семьи…