Жека вытащил извивающуюся рыбину на берег, крепко схватил обеими руками и позвал отца: сам он снять такой крупняк не смог бы. Мелкая моторика кистей хоть и стала значительно лучше, но всё-таки, естественно, не дотягивала до уровня взрослого человека.

— Я вот смотрю на тебя и думаю: ты где так хорошо со снастью научился управляться? — неожиданно спросил батя, когда пришёл на помощь сыну. — Кажется, не помню за тобой таких навыков. Ты же ни разу не рыбачил на закидушку.

Со стороны, конечно, смотрелось странно: пацан, ни разу не видевший такую снасть, а Григорий Тимофеевич в этом был уверен на все сто, неожиданно управляется с ней великолепно. Вон, даже петли ровные сложил на берегу.

— Примерно понял! — отмазался Жека. — Чё тут… Снасть простая.

Батя иронично хмыкнул и принялся насаживать червей, чтобы забросить закидушку снова. Едва он забросил и отошёл от снастей, как сработала вторая закидушка. Жека опять подсёк и вытащил сразу двух рыб: крупного чебака и окуня граммов 200 весом. На удочки клёв почти прекратился, а на закидушки пока брало хорошо, и клевал относительный крупняк.

Таким образом, Женька поймал ещё несколько таких же хороших чебаков и двух окуней, но потом, часам к 10, клёв окончательно прекратился, не клевало ни на удочки, ни на закидушки. Иногда Женька смотрел на отца и понимал, что у него дела тоже идут неважно.

— Давай пообедаем! — сказал батя и подошёл к закидушке, которая стояла на живца. Колокольчик слабо подрагивал от лёгкого течения, но кажется, крупная хищная рыба так и не клюнула.

Батя решил проверить, живые ли ещё живцы, потащил к себе снасть и почувствовал, что идёт она с трудом. Что-то прицепилось к ней в тот момент, когда он поднял грузило со дна!

— Есть! — довольно крикнул батя.

Вытягивалась закидушка с трудом, и примерно в 2 метрах от берега на поверхность выскочила довольно крупная рыба, батя вытащил её на песок и схватил за жабры. Щука! Килограмма полтора весом!

— Вот это уже хорошо! — довольно сказал батя, понимая и показывая сыну рыбу.

Щуку он не стал класть в садок вместе со всей рыбой. Пропустил проволоку через рот, выведя за жабры, и привязал к палке, воткнутой в воде. Таким образом рыба долго могла оставаться живой и при этом не уплыть. Потом батя снова насадил живцами закидушку и закинул в реку. Постоял минут пять: не клевало.

— Семёныч, надо обедать, — заявил батя. — Ты пока за снастями посмотри, а я костром займусь.

Женька согласно кивнул головой и махнул рукой, показывая, что на него можно положиться. Батя тем временем пошёл в заросли, наломал сушняка, быстро развёл костёр на песке, в старом кострище, оставленном рыбаками, потом позвал сына.