Сами стены, высокие и неприступные, одним своим видом заставляли задуматься о необходимости их штурма, расположенные на горе, они вынуждали подниматься к ним по крутому склону под обстрелом. И за нами с этих стен пристально наблюдали.

Над Подолом теперь поднимались столпы чёрного дыма, тут и там звучали жалобные крики. Аскольд и его дружина не пожелали защитить нижнюю часть города. Но и переговорщиков не отправляли, а сам Хререк пока не приближался к верхнему городу. Только расставил посты на всех дорогах, ведущих к нему, чтобы никто из защитников не сумел ускользнуть.

Порой на пути встречались иноземные купцы, трясущиеся над своими товарами, иногда попадались мрачные северяне, предпочитающие не встревать в чужую свару. И если вторых мы старались не трогать, то первых без всякого сожаления избавляли от их богатства, которое тут же перетаскивали к кораблям. Нижний город принадлежал теперь нам, принадлежал полностью, и никто не смел этому возражать.

Команда «Морского сокола» разоряла Подол вместе со всеми остальными, викинги успели соскучиться по этому нехитрому занятию, и теперь со всей отдачей предавались грабежу, выгребая всё из тайников и утаскивая даже то, что утащить было нельзя.

Мы разбились на тройки и прочёсывали дома один за другим, и со мной сегодня работали Торбьерн и Хальвдан. Мы прикрывали друг друга, на случай, если какой-нибудь храбрец вздумает напасть из засады, завидев широкую спину норманна, склонившегося над его драгоценными сундуками. Такое уже бывало, и не один раз.

Чаще всего, конечно, такое нападение заканчивается бесславной гибелью храбреца, пытающегося заколоть своего врага серпом или обломком косы, но, бывало, что удача улыбалась и таким смельчакам, бьющим в спину.

Всё самое ценное, само собой, упрятали за высоким забором, в кладовых Аскольда, но даже так нам с лихвой хватало, чем поживиться. А уж навыком искать спрятанное добро каждый викинг овладевает сразу после гребли и мордобоя. Взрыхленная земля в углу амбара, разворошенное сено в конюшне, в золе под очагом, в крыше среди соломы, в бочке с двойным дном. Это походило на какую-то игру, горожане прятали, а мы отыскивали, и чаще всего именно мы оставались в выигрыше.

— Наконец-то, знакомая работа, — бормотал Торбьерн, ножом взрезая мешки с крупой в поисках чего-нибудь ценного, пока Хальвдан потрошил сундуки с одеждой.

— Но ты же не забыл, как это делается? — посмеялся я.

Я прохаживался по чьей-то усадьбе, хозяева которой покинули её прежде, чем мы высадились, и по всему было видно, что собирались они в большой спешке. Так что хоть какие-нибудь ценности наверняка должны были остаться. Жили здесь весьма небедные люди, и я понимал, что даже без взятия верхнего города трюмы наших кораблей очень скоро будут набиты добром.