Жесткая, наполненная магией подавления способностей верёвка впилась в шерсть и поранила кожу. А ведь предлагал идиотке не дожидаться верзилу и драпать, но где там. Гекка отказалась и задремала, а пострадавшая от заклинания либертас девка и вовсе почивала без задних ног.
— Отпустите меня! Я раскрою вам тайну! — жалко заскулил лемминг. Терпеть урон своей безупречной внешности ради секретов дылды, хомяк не собирался.
— Ты и так, все расскажешь! — свирепо пробасил Акула и затянул петлю.
Опытный мучитель подождал, пока белки лемминга налились кровью, а конечности хаотично задёргались, потом попустил удавку.
— Ну ка, вещай, что ты там про секреты баял! — злобно гаркнул зубастик.
— И не вздумай наврать! Я умею отличать правду от лжи! — разбил последние надежды на спасение Йокко.
Толстяк, Головастик и Ксард в пытке участия не принимали. Вместо этого они спеленали встрепенувшуюся было гекку и продолжившую спать девушку. Последняя впала в подобие летаргии. Физические раны красавицы уже зажили, а вот духовные были слишком глубоки.
— Эх, жаль! Забава откладывается! — жадно облапал Толстяк сквозь балахон идеальные формы.
— Никуда она не денется! Развлечемся со зверолюдьми, после и ее «разбудим», — похотливо заключил Головастик, — Так даже лучше. Секс опосля убийств слаще.
После краткого диалога, двое негодяев, наконец, обратили внимание на судорожно хватавшего воздух лемминга. Им стало любопытно, на что же горемыка попытался обменять свою шкуру.
— Дылда… — прохрипел сдавшийся Флэтч со слезами на глазах, — Активировал скрижаль либертас и пропал…Обещал вернуться скоро…
— Предатель! — гневно выкрикнула связанная, но без кляпа во рту, Сис.
Леммингу же было все равно. Он сломался даже от непродолжительных мучений. С детства Флэтч не переносил боль. Не вытерпел и теперь. Внутри, хомяк ощутил себя жалким и никчёмным. А ещё в глубине души поднялся гнев на себя такого.
— Значит, Конвал не соврал… — произнёс Меченый без тени угрызений совести.
— Скрижаль! — вмиг яростно возопил Ксард. Его снова накрыло, — А ну, рассказывай, как дело было, без утайки!
Огромный, по сравнению с леммингом, мужик ухватил грызуна за шкирку и зателепал так, что у того заклацали зубы.
— Полегче, Бешеный! Как он тебе говорить будет, если ты его турсучишь так, что бедолага аж язык проглотил?! — урезонил берсерка Меченый.
— Бам! — раздался звук удара, — Бам! Бам! Бам!
Вошедший в раж Ксард отшвырнул хомячка прочь и задубасил каменные своды голыми кулаками. Дури ему было не занимать. Громадные валуны откалывались от стен и с грохотом падали на землю.