— Хоть какая-то польза от твоих припадков! — выдал комментарий рачительный Толстый, который уже присмотрел парочку каменюк подходящей формы в качестве основ для мишеней. На один из булыжников он с Головастиком сноровисто принайтовили гневно зашипевшую гекку.
Впечатлительный Флэтч задрожал ещё сильней и выдал все, что знал и о чем догадывался. Он подробно описал скрижаль и ее охранные чары. Даже высказал предположение, что внутри находятся сокровищница одного из темных либертас. Не даром же, символ ордена обрамляли черепа и иные символы некромантии.
— Он твой! — швырнул лемминга, словно мусор, Йокко.
— Какая мягкая шкура! Совсем не битый! — ухватил на лету за шиворот хомячка Толстый, — Ничего сейчас мы это поправим.
Следует отметить, что лемминги не были столь уж никчемной расой. В процессе битв и тренировок их шерстка приобретала стальную крепость. В дополнение, она получала защитные свойства от магии и создавала особую ауру регенерации.
В силу рода занятий и миролюбивых наклонностей, Флэтч заботился только о красоте и шелковистости своей «божественной шубки». Сейчас он горько пожалел об этом упущении. Хотя против охотников шансов у него так и так не было.
— Отпустите, что я вам сделал!? — жалобно заканючил лемминг, когда его тоже примотали к холодному и плоскому камню. Рядом на таком же прикрепили Малышку.
Невольно, Флэтч позавидовал забытью девки в белом балахоне. Хотя и не сомневался, что дойдёт и до неё черёд.
Закрепив жертв к мишеням, головорезы приготовились метать излюбленное оружие. Йокко и Акула достали ножи. Угомонившийся Ксард поигрывал томагавком, а Толстый с Головастиком баловались сюрикенами.
— Я начну. Потом кидаем по часовой стрелке. Кто не пустил кровь, пропускает ход. Кто нанесёт смертельный выпад получит меньше всего добычи. Лидер же по количеству успешных бросков выберет любой предмет из схрона темных, — огласил правила и ставки Йокко, — Первый круг работаем в хомяка. Затем в гекку. После смена, и так пока они не подохнут.
Охотники довольно загудели. Обновлённые ставки им пришлись по нраву. Одно дело выпивка в кабаке, совсем иное — драгоценные предметы либертас. Градус соревнования вмиг подскочил вверх.
Короткий замах, и нож глубоко вонзился в камень, оцарапав леммингу ухо. Флэтч дико заверещал и со страху описался. Мишень оросили не только первые капли крови.
— Жалкий! — с отвращением выдохнула гекка.
— Хороший бросок, босс, но кровищи слишком мало! — обронил Ксард и ловко швырнул топорик.
Острое лезвие филигранно подрезало пах и повредило артерию. Алая жидкость взметнулась фонтаном. Шансы остальных нанести погибельный удар возросли.