– Боишься, что умрет? - смешком отвечает мне.

– Надеюсь, что темные существа выполняют сделки.

Август нас не слушает. Мужчины. У них если рука будет валяться, мимо пройдут, истекая кровью, и скажут, что не их. Но я тоже хотела быстрее все это закончить. Потому что там, где не работала магия тьмы, работала сила дракона.

И дверь часовни содрогалась под ударами когтистой лапы. Она переливалась алыми всполохами по чешуе, а я была рядом, с тревогой наблюдая за испариной на висках Августа и тем, как ему тяжело дышать. Но, вкладывая магию в удары, долбил закрытую изнутри, пока та не поддалась, жалобно скрипнув петлями.

— Останься здесь, - хрипло кинув, генерал скрывается внутри.

Помедлив, я не рискую. Только под ногами буду мешаться, учитывая, что их там двое или трое. Здесь наверняка были запасы воды и еды, но… Но слышится ругань, удары, вскрик. И первого Август вытаскивает за шкирку, зло бросая к ногам Игрейн. Следом - еще один. А третьего волочит за волосы, мертвого и с ранами на теле. Но не свежими, должно быть, не поделили друг с другом итог веселья.

Я прижимаюсь к прохладной стене часовни, что единственная чистая в этом поселении. И наблюдаю за тем, как молят и рыдают ублюдки, ползая на коленях перед той, которую обесчестили и фактически убили.

– Вы были сильны и смелы, прижимая меня к кровати, - ледяным тоном отвечает на мольбы Игрейн. - Теперь я воздам вам тем же жаром, с каким вы брали меня.

Мертвецы тащат, тащат, тащат… Упирающихся, уже безумно орущих. Волокут и третьего. Я отворачиваюсь от этого зрелища, потому что знаю, что будет дальше. И запахнет паленой плотью до тошноты.

– Август! - подхватываю под руку оседающего дракона.

Он просто раскален. Кожа настолько горячая, что мне больно прикасаться, а сыпь уже на шее красными пятнами. Август… Я оборачиваюсь к Игрейн, смотрящей на нас даже с неким сочувствием.

– На любое колдовство требуется время, разве ты не знаешь? Все мои слуги и лихорадка исчезнут с последними лучами солнца, и ночь остудит землю и тела. Если твой дракон продержится, то выживет, - она кивает на часовню. - Советую пока укрыться там. Здесь будет гулять много магии и много моего мора, пируя в последний раз на костях.

Я помогаю Августу. Идем, идем, милый… Нам нужно спрятаться, потому что иного варианта нет. С трудом заставляя рослого тяжелого мужчину переставлять ноги, добираюсь с ним до кровати - одноместной, покрытой соломой и старым покрывалом. Внутри разруха, должно быть, Игрейн так или иначе пыталась сюда попасть.

– Ложись. Вот сюда, да ляг ты.

Ругаюсь на него от тревоги. Сев на кровать, устраиваю его голову на коленях. Здесь не осталось воды, чтобы помочь охладить лихорадку. Сумки с зельями у лошадей, и нам никто не дает их забрать. Да и смысл в них?.. Они не помогли до того зараженным, не помогут и Августу.