Он смотрит в ответ и прикрывает глаза. Я понимаю. Лишь бы удалось заснуть.
Глава семнадцатая. Вороний король (ночь третья). Пепельные слезы
– Наконец-то, Аврора. Ковен станет моим.
Я распахиваю глаза в тот момент, когда кинжал входит с размаху в грудную клетку. Вспыхивают колдовские символы, взвиваются вверх вспышки магии. Моя кровь течет по телу, остается на лезвии, а Давин вытаскивает его - резко, с наслаждением.
Последнее, что вижу - взгляд колдуна, в них почти экстаз от того, что все удалось так, как планировал. Жгучая боль в груди похожа на ожог, она расходится по нервным окончаниям, по моему почти мертвому же телу.
С каждым тактом вытекающей меди становится перед глазами все темнее и темнее, пока я не остаюсь во мраке. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем прихожу в себя в совершенно ином месте.
Первым вспыхивает огонек свечи. Затем еще одной. Они рыжие, эти маленькие светлячки, они мои единственные ориентиры.
В этом Нечто прохладно и страшно. Страшно иррационально, хоть я и понимаю, что все вокруг - сон, что это просто мир аркана, что они не вредят мне. Напротив, в их интересах, чтобы я помогла спастись. Но…
Следом за свечами появляются шаги. Гулкие, далекие, которые все приближаются. Воспоминание - как молния, осознание, что я привязана к широкой постели и обнажена.
Вся на виду перед тем, кто должен появиться. И когда пушистые огоньки выхватывают золотом темные одежды и черты лица, то окончательно понимаю, что попала к тому, кого боялась куда больше Давина или любого другого мужчины.
Дайн.
Он широкоплеч и высок, жилы уходят от фаланг пальцев к запястьям, под почти полностью расстегнутой рубахой видно мускулистое тело. Он красив, красив холодным мрамором старинных статуй. Некий мастер высек в камне узкие губы, пепельные пряди, тяжелый, пронизывающий взгляд под нахмуренными бровями.
И я впервые вижу драконьи крылья. В комнате, где нет ни потолка, ни стен, они все равно кажутся большими. Кожистые, черные с серебряными прожилками, изрезанные по краям, словно в сражениях. Дайн складывает их, подходит ближе.
В отличие от видения, что было в магазине, он одет. И смотрит на меня напряженно… разочарованно?
– Дайн.
Мне становится чертовски страшно. Дракон кажется ледяным принцем, что пришел взять свое по праву. В нем нет ни заботы, о которой говорил мне Хетвет, ни любви, в отличие от Азира и Августа.
– Ты ведь помог мне. С шиповником, шкатулкой матери, - напоминаю едва слышно, до боли натягивая путы.
Дайн ближе. Коленом на кровать. Еще одним. Нависает надо мной, и чувствую, как от ужаса, что он внушает одним своим присутствием, у меня начинают дрожать губы. Хватает за горло крепкой ладонью и наклоняется к самым губам. В глазах аркана - сила, которую я никогда в своей жизни не видела. Бездна. Бездна и тяготы, бездна и усталость, бездна и решимость.