Я сжал зубы.

— Если и были, теперь уже не проверить.

Она вздохнула, но не стала развивать тему.

За дверью уже сновали слуги. Машка расстилала постели, Григорий таскал провизию. Потап, бледный, но упрямый, пытался одной рукой расставить мебель.

— Всё, хватит, — я подошёл к нему. — Сначала к знахарю. Потом — отдых.

Он хотел возразить, но я лишь твёрдо посмотрел на него.

— Потап, это приказ.

Выглянув в окно, увидел, как две подводы со спасённым скарбом подъезжают к дому. Машину уже должны были привезти сюда, к гаражу. Как только Осип освободит его от колб, начнётся очередной длительный ремонт авто.

Я вышел из дома, вдохнув полной грудью. Солнце стояло в зените, обжигая спину через тонкую ткань рубахи.

Первым делом направился к южной стене, где зиял огромный пролом.

— Ну и дела, — пробормотал я, разглядывая повреждения.

Каменная кладка была разворочена на протяжении пяти, нет, всех шести метров. Кто-то применил магию земли высшего порядка. Осколки камней до сих пор сияли слабым малиновым свечением, это остаточный эффект боевого заклинания.

— Не так плохо, как кажется, — раздался за моей спиной знакомый хриплый голос.

Обернулся — передо мной стоял Ильич, глава охраны. Все его звали по отчеству, а вот настоящее имя он тщательно скрывал. Коренастый, как медведь, с перебитым носом и руками, покрытыми шрамами магических тварей, которые не заживали полностью, это был типичный облик бывшего охотника.

— Ильич, — кивнул я. — Докладывай.

Он плюнул в сторону, затем начал, методично перечисляя по пальцам:

— Потери: трое наших — Семён, Гришка и парнишка новый, Федькой звали. Семеро раненых, из них двое тяжело, — голос дрогнул, когда он упомянул Федьку, видимо, успел к парню прикипеть. — У врага, — мужчина с силой сжал кулак, — сорок точно убиты, может, больше. Раненых не считал: кто убежал, кто сдох по дороге.

Ильич махнул рукой в сторону склада:

— Трофеи собрали: семнадцать пистолей, девять ружей, холодняка — не счесть. Доспехи… — он презрительно сморщился, — хлам, но на переплавку сойдёт. И вот это.

Из потёртого подсумка он достал потрёпанный блокнот в кожаной обложке. Когда я открыл его, страницы оказались исписаны странными символами, перемежающимися схематичными рисунками.

— Нашли в вещах младшего брата Евдокимова, — пояснил Ильич, понизив голос. — Книжонка вроде как шифрованная. Может, чего стоящее.

Я сунул блокнот за пазуху, почувствовав странное покалывание в пальцах — явный признак магической защиты.

— А где… Борис Евдокимов?

Ильич напрягся, его пальцы непроизвольно потянулись к рукояти.