— Присаживайся, сынок, — сказала мама, улыбаясь. В её глазах читалось то самое спокойствие, которое бывает только дома.

Вот он, настоящий уют.

Только я уселся и взял вилку, как Мотя ловко перемахнул через стол и устроился на специально приготовленных подушках, деловито оглядывая угощения.

— Дружище, а ты не офигел за столом есть? — удивлённо спросил я. — Ладно, утром я не видел, как тебя тут начинали кормить. Но сейчас-то?

Мотя взглянул на меня, потом как ни в чём не бывало схватил ближайшее лакомство и начал его грызть, демонстративно отвернувшись.

— Кирилл, не обижай его, — мягко упрекнула мама. — Он же такой милый.

Я посмотрел на довольное лицо женщины и всё понял. После отъезда старшей сестры, моего взросления и Тасиного переходного возраста маме явно не хватало кого-то, о ком можно заботиться. Пусть даже это своенравный тушканчик.

Хотя в глубине души я считал, что если уж Мотя стал моим питомцем, то должны быть какие-то рамки. Но сейчас решил не портить маме удовольствие.

— Ну как тут устроились? — спросил я, накладывая пюре.

— Не жалуюсь, — ответила мама, но её взгляд непроизвольно скользнул в сторону Таси.

Сестра сидела, насупившись, и демонстративно ковыряла вилкой в тарелке, будто пыталась отыскать в картошке какую-то тайну.

— Ты чего такая бука? Кракозябра что ли укусила? — не удержался я от подколки.

— А тебя-то что беспокоит⁈ — взорвалась она, сверкнув глазами.

— Дети, — вздохнула мама, — вам не пять лет… Хотя нет, — уточнила она, — тогда вы вели себя куда приличнее.

Я отхлебнул ароматный чай, наблюдая, как пар поднимается над кружкой и растворяется в тёплом воздухе столовой.

Этот уютный хаос: мамины упрёки, ворчание сестры, довольное похрустывание Моти — вот чего мне так не хватало в стенах академии.

Семья. Она должна быть на первом месте. Все победы, все достижения без этого тёплого тыла — просто пыль на ветру, лишённая настоящего смысла.

Вдруг понял, что впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему дома. Там, где можно просто быть собой, не играя ролей и не надевая притворных масок.

* * *

Через день я сидел в шумной пивной Балтийска, прислушиваясь к разговорам моряков и потягивая пенное. После встречи с капитаном Кузнецовым настроение было отличным. Его «Морской дьявол» преобразился до неузнаваемости с момента первой встречи.

Раньше это была ржавая баржа, едва державшаяся на плаву. Теперь же корпус сиял свежей краской, палуба сверкала чистотой, а на бортах красовались новенькие пушки и гарпуны. Капитан встретил меня у трапа и сразу провёл небольшую экскурсию, хвастаясь новыми приобретениями.