— Макры с собой есть? — крикнул я. Он кивнул. — Положи их в рюкзак, рядом с колбой!

Мы спустили две верёвки. Первой Жданов для страховки привязал рюкзак, поднимать его на борт было опасно: антимагическое поле могло нарушить моё заклинание. Вторую Митя обмотал вокруг пояса, и мы втроём втащили его на палубу.

Ночь выдалась беспокойной.

Камни продолжали сыпаться со скал, то и дело со звоном ударяясь о палубу. Монстроволки подходили к самому краю обрыва, словно проверяя, на месте ли добыча.

Через несколько часов Сергей, сидя на корме, бросил вниз кусок чёрствого хлеба.

Вода взорвалась.

За секунду спокойная гладь превратилась в кипящий котёл из клешней и зубов. Рачки рвали добычу на части, сталкиваясь друг с другом в бешеной схватке.

— Не уходят, — констатировал очевидное Качалов.

— И не уйдут, — добавил Митя, не отрываясь от чистки пистоля. Тусклый свет светляка выхватывал из темноты его пальцы, сноровисто орудующие тряпкой. — Теперь до рассвета они будут убивать всё живое в воде.

Через минуту Сергей с удивлением смотрел на успокоившуюся гладь.

— Не думал, что такие мелкие твари настолько опасны.

— Есть и похуже, — Жданов щёлкнул затвором. — И самое интересное, что они намного меньше.

— Кто? — хором спросили мы.

— Алые термиты.

Митя отложил пистоль и вытер руки о брюки.

— Они меньше ногтя, просыпаются только ночью и убивают всё живое, как в воде, так и на суше, и даже в воздухе. Оставляют после себя лишь перемолотые кости жертв.

Нахмурился, пытаясь припомнить.

— Ничего подобного в бестиарии не было. Откуда ты знаешь?

Парень сделал вид, что увлечён осмотром ствола, но его пальцы на секунду замерли.

— Дядя-моряк рассказывал, — буркнул Митя слишком быстро.

Голос звучал неестественно небрежно, будто заученная ложь.

Над нашими головами снова замерцали жёлтые огоньки. Один из монстроволков завыл протяжно, почти по-человечески.

— А твой дядя ничего не рассказывал о местах, где время замедляется? — спросил я, не отрывая взгляд от глаз на скалах.

— Нет, — бросил Митя, слишком резко качая головой. Его пальцы нервно постукивали по прикладу пистоля.

Тут в разговор встрял Сергей:

— Мне вот тоже непонятно, что произошло в Балтийске. Нас не было всего сутки, а когда вернулись, то город уже оказался мёртв.

— Или эвакуирован, — поправил его Митя.

— Согласен, — добавил я. — Но для этого потребовалось бы больше двух недель. А может, и пара месяцев.

Амат неожиданно уселся рядом по-турецки, закрыл глаза и начал говорить тем размеренным тоном, каким обычно рассказывают старинные легенды. Но я-то знал, что так он маскировал знания из своего прошлого мира: