На столе, будто солдаты на параде, в строгом порядке расположились детали: слева — винтики и шайбы, разложенные по размеру, справа — аккуратно смазанные шестерёнки. Главная линза, треснувшая, но все ещё целая, покоилась на бархатной подушечке.

Мои пальцы двигались автоматически. В прошлой жизни я мог собрать и разобрать любую технику с закрытыми глазами.

Но здесь…

Воспоминание нахлынуло неожиданно.

— Сынок, если хочешь что-то починить, сначала пойми, как это работает, — говорил отец, наблюдая, как я ковыряюсь в его старом радиоприёмнике. — Каждая деталь на своём месте, как ноты в хорошей симфонии.

Этот микроскоп был другим. Его медные детали слегка мерцали остаточной магией, а прикосновение к механизму вызывало лёгкое покалывание в пальцах. Я так увлёкся, что не заметил, как в комнату вошёл Амат.

Очнулся только от громкого скрипа кровати.

Резко обернулся и увидел, как мой новый сосед с размаху вышвырнул свои вещи из выдвижного ящика шкафа, в котором, по всей видимости, их принёс. Рубашки смялись, книги с журналами разлетелись, а сапоги грохнули на пол с таким звуком, будто разорвались артиллерийские снаряды.

— Привет, сосед! — его голос громыхнул как гром среди ясного неба.

Я вздрогнул, рука дёрнулась и…

Дзинь! Два винтика покатились по полу, а главная линза с плеском нырнула в банку со смазкой, оставив на поверхности масляные круги.

В глазах потемнело от ярости.

Схватил самую большую торцевую отвёртку и развернулся к нему, сжимая рукоять до хруста костяшек.

— Тише, тише! Не хотел пугать! — здоровяк вскинул ладони, но не отступил ни на шаг. Его зелёные глаза смеялись, будто это было забавное приключение.

— Ты чего подкрадываешься⁈ — прошипел я, все ещё не выпуская отвёртку.

— Ну, теперь это и моя комната, — пожал он плечами, ухмыляясь и обнажая дыру от недостающего зуба.

Я медленно положил инструмент.

— Это тот самый микроскоп, что оставил меня без челюсти и глаза? — неожиданно спросил новый сосед, проводя пальцами по ещё розовому шраму.

Мой взгляд сузился. Пальцы снова потянулись к отвёртке, но я сдержался.

— А сам как думаешь? — сквозь зубы бросил в ответ.

— Думаю, что он, — Амат неожиданно наклонился, рассматривая механизм с удивительным для такого громилы знанием дела. — Кстати, отличный экземпляр.

Это заявление заставило меня на мгновение опешить. Я перевёл взгляд с микроскопа на его глаза: в них читался неподдельный интерес.

— Тебе что надо? — все ещё настороженно спросил я. — Дружбу заводить решил?

— По-добрососедски спрашиваю, — рассмеялся он, — а ты сразу в атаку. Давай закончим с этим. Конфликт не нужен ни мне, ни тебе.