— Так только в кино бывает, — засмеялась лейтенант. — В жизни все куда проще. Тело неизвестного отсканировано. Имеется полная трехмерная модель, с указанием всех особенностей. Ну и список найденных с незнакомцем вещей.
— А нейролинк? У него что? Не было установлено устройство? — воскликнул я.
— «Поражение левой височной части головы, — процитировала Хельга протокол. — Отсутствует до десяти процентов черепа». Кто-то позаботился о том, чтоб по девайсу этого несчастного тоже нельзя было опознать.
— Если он иностранец, на таможне должны были сканировать его отпечатки пальцев и рисунок сетчатки глаза, — явно припомнил какой-то фильм капитан.
— Говорю же, — фыркнула женщина. — Не опознан. Базы данных едины для всех правоохранительных органов на планете. Можно подать запрос на Артемиду — там есть сведения обо всех жителях и гостях Федерации. Но без оснований, ответ мы можем ждать с месяц.
— Сформируй документ, — велел я. — Попробую отправить его по военным каналам. Если на него вообще что-нибудь есть, нам об этом сообщат.
Корсак увлеклась войной с непокорным компьютером, сержант что-то разглядывал в своем коммуникаторе, а Могильони нагло спал. Технически, я самый старший по возрасту в нашей компании. Но капитан почему-то выглядел на свой возраст, а я нет. Генетика что ли такая?
Цифры на часах сменялись, я получил и отправил запрос. Управляющий хранил надменное молчанье, и военная разведка не торопилась радовать нас новой информацией. Был поздний вечер. На Лунебург опускалась тьма, и какое-то сонное оцепенение.
26
— Чем так сидеть, ждать непонятно чего, может, в ресторан сходим? — предложила вдруг Хельга.
— Отличная идея! Я бы тоже… — воскликнул Фелиш, получил пинок по коленке от капитана, и замолчал.
— Неужели есть рестораны, которые сейчас работают? — удивился я.
— Конечно, — пожала плечами женщина. — Небо же не упало на землю. Людям нужно где-то кушать и развлекаться.
— Логично, — улыбнулся Могильони. — Сходите. Если будут какие-то новости, мы с вами свяжемся.
— Отправлю пару парней приглядеть за вами, — буркнул сержант, потирая ушибленную ногу. — У тебя ноги тоже железные? Чего так больно-то?
— Ты знаешь какое-нибудь заведение поблизости? — обратился я к Корсак, подставляя локоть.
— Это центр города, Ронич, — хмыкнула лейтенант. — Тут ресторанов и кафе больше чем жителей.
Были у меня сомнения в том, что она права, но спорить я не стал. Знал уже, что это полнейший бесперспективняк. Разве можно переспорить богиню спора?
— Не переживай, сладкий, — погладила меня по руке Хельга. — Что-нибудь найдем.