Дальше дело техники. Пока мы судили приманку, самые опытные ветераны проползли на брюхе поближе, и изготовились к атаке. Были бы у нас гранаты, вопрос можно было бы закрыть мгновенно. А так, парням пришлось пострелять.

Капитан умело руководил. На экранах перед ним мелькали данные со спутников, на карте перемещались значки атакующих отставников, гасли одна за другой красные отметки выявленных противников.

— Этого отпускаем? — прошелестела рация.

— Метку ему закинули? — засмеялся Могильони. — Пуганите его хорошенько. Чтоб ног под собой не чуял. И чтоб сразу в расположение бежал, а не куда попало…

Кротко чиликнули пулеметные турели на Вишенке. И на этом все закончилось.

— Задание выполнено, командир, — весело отчитался капитан. — Все по плану. Оператора контролера отпустили. Птичек сбили.

— Угу, — отозвался я после долгой, долгой паузы. — Поехали в штаб. Парни тут сами приберутся.

— Ты что-то сам не свой, — констатировал друг. — Что-то произошло?

— Думаю, — вздохнул я. — Над тем, что эти, висельники, сказали.

— Можно подумать, они что-то новое выдали, — хмыкнул Могильони, запуская двигатель машины. — Это все мы и сами знали. Или догадывались.

— Да, но…

— Но?

— Думаю, как Лилу сказать, — честно признался я. — Она такая… Молодая. Не испорченная. А отец ее…

— Тварь, — закончил фразу за меня капитан.

— Тварь, — согласился я.

— И все ради чего?

— Ради денег, конечно. Думаю — так. Есть повод задать пару вопросов разведчикам.

— Не поделишься? — заинтересовался друг.

— Да все просто. Очень меня интересует: сам Лукошин это придумал, или только выполнял распоряжение кого-то из вышестоящих. Знаешь же? У них в корпорации, как в армии. Получил приказ — пищи, но исполняй.

— Ты, похоже, его оправдать хочешь? — скривился Могильони. — Ради девочки? Не хочешь, чтоб она об отце плохо думала?

— Конечно, — воскликнул я. — Сам посуди. Она тут из сил выбивается, со своей группой по округе носится, репортажи снимает о том, как хреново все обернулось с этим референдумом. И тут я, мол, а ты знаешь, что все это дерьмо твой папаша задумал и осуществил? Обрадуется она? Как думаешь?

— Это если она вообще не в курсе, — предположил капитан.

— Если она в курсе, то наша малая — гениальная актриса. Так сыграть, чтоб никто вокруг не заподозрил, это совсем не просто.

— А чего ей играть? Ее же никто всерьез не воспринимает. Девчушка какая-то. Ну в галовизоре регулярно мелькает. Так там полно говорящих голов. Одной больше, одной меньше — никто и не заметит.

— И что? Думаешь, она шпионит тут за нами? И отцу информацию передает? Так что ли? И много ей действительно важных сведений перепало? Крохи. Хреновый из нее шпион, как я погляжу.