— А в чём? — поинтересовался Эрин.

— Ладно бы просто сон приснился… Ну открыл ты глаза, и снова на боковую! — пояснил Артур. — А другое дело, когда такая муть снится всю ночь. Раз просыпаешься, два… И снова повторяется один и тот же сон. Раз за разом, раз за разом… Будто наваждение какое-то…

— Мы теперь постоянно спать хотим! — согласился названный ранее Борис. — У меня младший сын, ему четырнадцать. Когда сюда попали, было три года. Мы с женой и сыновьями чудом выходили его, в Хаос не дали скатиться… Много лет ему Сосуд Порядка укрепляли, еле довели до двух единиц. Так он за последний месяц аж единицу потерял!..

— Да, кошмары тут часто случаются. Но вот такие сны… — Артур качнул головой. — Ты, Эрин, пойми: не стал бы я жаловаться нюхачу, если бы совсем не припёрло. Мы тут как-то привыкли своими силами справляться. Но это уже совсем за рамки выходит… Хорошо, если три-четыре часа поспишь за сутки. Да и то постоянно просыпаясь. Жить так невозможно!..

— А кто у вас жаловался? — уточнил Эрин.

— Да все жалуются. Все, кто в кластере живёт! — ответил Артур.

— Дети, женщины, мужчины, старики… — подтвердил ещё один фермер. — Все, как один, эту муть по ночам смотрим…

— А почему жалобы не все написали? — поинтересовался Эрин.

— Да как-то… Не все же в Лёдное ездят! — Артур пожал плечами.

Нюхач о чём-то задумался, а затем побарабанил пальцами по столу.

— А кто лично вам жаловался? — спросил он и повернулся к хозяину фермы. — Вот тебе, Артур?.. И, это… Игорь!

— Да? — встрепенулся помощник нюхача.

— А ну-ка, бери бумагу, перо и записывай! — попросил Эрин.

Бумага у Игоря была только из-под пищевого комплекта. Когда перекусывали вечером, он сунул её в рюкзак и забыл выкинуть. Хоть бумага и была в пятнах, но Эрин одобрил. А в качестве писчих принадлежностей Артур принёс ему графитовый карандаш.

И пошёл допрос — иначе и не скажешь. Сначала Артур, а потом остальные фермеры перечисляли всех соседей, от кого слышали жалобы. Напрямую или хотя бы через вторые-третьи руки. В кластере было восемь ферм. И, по совету начальника, Игорь разбил большой лист бумаги на восемь частей. В каждую он вписывал имена тех, кто хоть раз жаловался — и кто ещё жил на указанной ферме.

Когда последний из фермеров развёл руками и сказал, что больше никого вспомнить не может, Эрин отобрал у Игоря лист и ткнул в него пальцем.

— Ну а теперь скажите мне, кого тут нет! — попросил он.

— Паши нет. Это Борькин старший. Ещё Андрея… Он вот тут работает, — палец Артура замер над пустым квадратиком. — Ну да, Маши тоже нет… Она мало с кем общается, всё больше возится у себя в теплицах. Эй, подождите! Вы что, её подозреваете⁈