Оставшееся время до торгов в Кулише мы шлифовали оружие, доводя его до зеркального состояния. В этот раз на ярмарку собирался вместе с кузнецом, оставив Саленко и Андрия в поселении. С интервалом в неделю у обоих родились мальчики: Андрий своего назвал Петро, в честь погибшего сослуживца. Аму, жена Андрия, сократила имя до Пет. Саленко дал своему сыну имя Игорь, но мягкий знак Халами не произносился, и для всех мальчик стал обладателем имени Игор.

Решил не срывать с места обоих счастливых отцов, хотя в прошлый раз обещал Андрию взять его в город. Была мысль взять с собой Аду, но в этот раз она сама не захотела, увлеченная двумя роженицами и их малышами.

Я планировал продать оружие в Кулише и кое-что прикупить. В первую очередь мы нуждались в точиле — еще в прошлый приезд видел точильные станки. Это был примитивный механизм, где на «козлах» устанавливался камень с вделанной рукояткой с одной стороны. Механически крутя рукоятку, можно было добиться довольно высоких оборотов камня. Процесс заточки и шлифовки клинков получался куда более эффективным и быстрым в сравнении с нашим.

Тард с восемью парсами ожидал нашего появления у выхода из селения. Для того, чтобы донести нашу продукцию, он заранее прислал двоих крепких парней. Спрятав пистолет за поясом, я отложил бенчмейд — его стоило беречь, теперь у меня был неплохой нож, изготовленный кузнецом.

— Всегда держи автомат под рукой, от дома не отходи далеко. Вернусь из Кулиша, сделаем пару ходок за рудой и железа будет достаточно, чтобы поселиться в любом месте, — притянув, поцеловал Аду в макушку.

— Арт, — Ада смахнула слезу и запнулась.

— Что, милая?

— Ничего, — вытерев глаза, девушка улыбнулась.

— Теперь я не смогу уйти, пока не узнаю, что ты хотела сказать, — взяв ее за плечи, снова притянул к себе: Скажи.

— Ты всегда называешь меня милой, любимой, но ни разу не назвал женой? Или ты меня не считаешь женой? — Ада сделала попытку освободиться от объятий. Вопрос застал меня врасплох, я сам не понимал, почему никогда не думаю о ней как о жене. Может, все дело в том, что мы были в другом времени, когда штампов не ставили и кольца на надевали.

— Я не знаю, — дал Аде выйти из объятий, — Мне казалось, что слова не важны. Ведь мы любим друг друга, и я готов отдать жизнь за тебя.

— Я знаю, это просто депрессия, прости. Возвращайся скорее, муторно у меня на душе, когда тебя нет.

— Убрать сопли, ты боевой офицер!_

Шутка удалась, девушка повеселела. Ада вышла вслед за мной, где уже дожидались Саленко и Андрий. Ару второй день пропадал на охоте, в принципе, я не нуждался в нем как в переводчике. За год жизни среди Халов словарный запас уже позволял общаться довольно неплохо. Кроме того, со мной были Тард и Этаби, неплохо дополнявшие мои знания хеттского.