Атос уже налетел на горбуна, сбил с ног, обрушил град ударов, затоптал, но было поздно.

Ив был мертв, и просто осыпался вниз, грудой костей и мяса — тем, что еще мгновение назад было живым человеком. Он погиб мгновенно, даже не успев этого осознать. А я стоял и смотрел на его безжизненное тело.

Если бы не я, он был бы жив. Служил бы дальше в таверне, гонялся бы по утрам за петухами, радовался бы солнцу и ветру.

Именно я вырвал его из повседневности, забрал с собой, только лишь для того, чтобы увидеть, как он умирает.

Атос прижал горбуна к полу, закрутив ему руки за спину. Его дага была прижата к шее Виктора. Одно нажатие — и тот мертвец. Но Арман ждал сигнала от меня.

Уже спешил к нему на помощь д’Артаньян, разъяренный, как никогда прежде, с дико блестевшими глазами, хищно оскаленным ртом, готовый рвать на части.

— Не убивать! — прохрипел я. Голос был словно не мой.

Атос послушался и одним крепким ударом в затылок отправил Виктора видеть долгие сны. Я благодарно кивнул.

— Этот человек не заслужил быструю смерть. Я буду убивать его медленно…

* * *

В эту ночь я больше не спал.

Тело Ива унесли в одну из боковых комнат и оставили там, прикрыв дерюгой. Туда же снесли тела Маглаи и дебила Жака. Все приходилось проделывать при свете факелов.

Тусклый свет плясал в порывах сквозняков, отражаясь смутными тенями на стенах. Тени плясали, выстраиваясь в жуткие, нереальные фигуры. Ветер все так же пронзительно завывал, играясь в проемах и окнах, заглядывая в каждый закуток замка, чувствуя себя полноправным хозяином положения.

Братья Дюси, к счастью, выжили. Люка отделался резаной рваной раной в боку, где было больше крови, чем повреждений молодому и здоровому организму, тем не менее, ближайшую неделю ему придется двигаться с осторожностью. Вот Бенезиту повезло! Горбун полоснул его, стремясь убить, но толстая шея Правого спасла его от смерти. Нож чиркнул по касательной. То ли рука Виктора сорвалась, то ли звездные карты сложились в пользу Бенезита, но он не просто выжил — он даже особо не пострадал, получив повреждений не больше, чем случайный порез от бритья.

Горбуна мы крепко связали и бросили в углу обеденного зала, и под его телом быстро натекла лужа крови, но оказывать помощь желающих не нашлось. Он все еще был без сознания.

Сами мы тоже разместились на ночь в том же зале. А куда деваться? Не осталось более никого, кто мог бы показать нам замковые комнаты. Возвращаться в то помещение, где я отлеживался прежде, мне не хотелось. Уж лучше тут всем вместе дождаться утра, а там видно будет.