— Добрый.
— И это тоже! Кстати, а сколько девочке месяцев?
— Полтора уже, — гордо выпрямилась Саки. — Она родилась крепышом и довольно сильной девочкой.
— Всё правильно! Сейчас без силы никуда! — кивнула Дуся. — Тогда ничего, если чокнемся за здоровье ребёночка нашей новой подруги? — спросила она у меня.
— С радостью. Всё ради маленьких чудес, — кивнул я.
За то, чтоб она никогда не была похожа на нас.
— А я вот тоже ребёнка хочу, — Роман аж подавился. — Только мальчика, чтоб был басурман у меня, защитник!
— Я тоже хотела мальчика, — призналась Саки. — Вот прямо хотела маленького мальчишку, но получилось что получилось, и я ни капельки не расстроена, если честно. Когда рождается ребёнок, уже и не важно, какого он пола. Главное, что твоё.
Она расплылась в лёгкой немножко поддатой улыбке.
— Да-а-а… — протянула Дуся. — У меня тоже будет мальчик. Ну и девочка нормик будет, так что, наверное, без разницы. Осталось, чтоб меня кто-нибудь оплодотворил.
Такие слова… Не то что я ханжа или ещё что-то, но просто услышать их за столом вслух немного… непривычно. Мне показалось, что это более неловко звучит, чем, например, «трахнуть».
Саки тоже немного неловко улыбнулась, а вот Роман будто попытался закопаться в салат, чтоб не слышать этого. Вот кому действительно было неловко, так это ему.
Но только не Дусе.
— Кстати, мы первый раз в гостях у Томми, да? — посмотрела она на меня.
— Да, раньше не приходилось. Вы адрес у Француза спросили?
— Ага. Только вот он отказался ехать, бука, — надумал она. — Сказал, что есть неотложные дела.
— У него действительно дела. Это у тебя их нет, так как ветер в голове гуляет, — несильно стукнул он её по макушке костяшками пальцев.
— Ничего подобного, — возмутилась она. — Мог бы выделить минутку ради Томми.
Не думаю, что он относится к тем, кто будет меня поздравлять. После того, как мы поговорили в баре, Француз старался держаться от меня подальше, не показывая это, будто такое поведение могло его как-либо спасти. Не знаю, на что он надеялся и на что рассчитывал, но ему было не отвертеться. Но и мучать насильно своим присутствием я не собирался — бывают люди, что срываются и гробят себя вместе с другими просто из принципа.
— Ничего страшного. Позже поздравит, — покачал я головой.
— Странный он, — задумчиво пробормотала она. — Выглядит, будто держится от тебя подальше. Боится, что ли?
— Не знаю, но то, что боится — навряд ли, — покачал я головой.
Это точно. Он боится меня.
Но я не стал дальше развивать эту тему, переведя разговор на вопрос «Какое бы имя выбрали мы своим детям?». После этого Гильза достала карты, и мы принялись играть прямо за столом ни на что, ради веселья, улыбок и хорошего времени, которое проводили друг с другом.