— Нет.
— Но у вас есть деньги.
— Дело не в деньгах, — покачал он головой. — Я так не смогу, да и Дуся упрётся и её потом не сдвинешь. И я её понимаю: всё-таки Бурый побеспокоился о нас в своё время, и отплатить тем, что мы просто свалили, кинув его, ну такое себе, сам понимаешь.
— Но вы можете и не пережить этого.
— Постараемся. Это называется верность, Том. Верность тому, кто однажды очень сильно помог тебе. Или хотя бы вернуть долг за всё, что он сделал. Я не хочу подвергать Дусю опасности, но и кинуть в такой момент Бурого не могу. И она не сможет. Отплатим должок со своей стороны и уже тогда будем решать.
— Это будет самая настоящая бойня.
— Что ж… посмотрим, — пожал Рома плечами. — Мы просто не сможем поступить иначе. Да, мы убийцы и наркобарыги, но блять, нам не чуждо человеческое. Это лишь работа.
В этот момент в комнату вошли, сладко позёвывая, Саки с Эйко и Дуся.
— Кому-то пора менять памперсы и кушать, — пробормотала сонно Саки, направившись к холодильнику. — Дусь, пожалуйста, подогреешь покушать нам?
— Ага-а-а… — зевнула она.
Начался новый день. Засуетилась моя квартира, наполняясь жизнью, разговорами и смехом. Вот уже через полчаса мы завтракали вместе, переговариваясь, обсуждая последние новости и не вспоминая, что у нас есть за спиной.
И глядя на них, я понимаю, что все мы когда-то были чьими-то невинными цветками жизни, у которых было великое будущее, беззаботными и не знающими горя. Но оказавшись однажды в дерьме из-за случая, мы вынуждены были стать либо убийцами, либо жертвами — здесь не существует середины. И вот мы уже те, кем нас никто до этого не видел, сохранившие в себе тот маленький кусочек прошлой жизни, который иногда проглядывался на свет.
Я хотел бы, чтоб подобные им никогда с этим не сталкивались. Чтоб никогда таким, как Бурый, не пришлось им помогать. И чтоб у таких, как Бурый, не случалось того, что их толкает на подобное. Но это замкнутый круг. Не удивлюсь, если сам уже успел породить нескольких таких, как он, Пуля или я сам.
Поздно просить прощения, остаётся лишь жить дальше. Кто-то будет жить с радостью, гордясь собой, своими «достижениями», не замечая ничего вокруг: ни того, как изменились другие, ни того, как изменились они сами. А кто-то будет всё понимать и идти дальше, потому что уже не может остановиться. Потому что мы уже не сможем отказаться, стали такими, какие есть, и этого уже не изменить ничем и никем.
Мы смеялись и разговаривали, будто ничего не происходило, будто всё было так, как должно быть — молодые радуются своей молодости, не боясь о будущем. Внутри каждого из нас из-под твёрдой корки, наращённой за это время, пробивались те самые лепестки цветов, которые спрячутся, стоит нам покинуть эту квартиру.