Лионелла захлопала в ладоши.

— Это гениально! Родителям точно понравится. Мама всегда жалела, что не может видеть себя перед выходом. А так — и традиция соблюдена, и удобно.

Дальше пошла планировка бара. Да-да, бара. Лионелла, как выяснилось, была большой поклонницей светской жизни и мечтала о месте, где можно было бы собираться с друзьями после заката. Не трапезная, не парадный зал — а именно бар. Уютный, камерный, с приглушённым светом и хорошей музыкой.

— Я хочу, чтобы здесь можно было пить вино и разговаривать до рассвета, — объяснила она. — Чтобы было красиво, но не пафосно. Чтобы друзья, которые приезжают ко мне из города, не чувствовали себя в музее.

Анна выбрала для бара небольшое помещение рядом с главным холлом — раньше здесь была оружейная кладовая, но оружие давно перенесли в другое место, и комната пустовала. Планировка получилась такой: стойка из чёрного мрамора с золотыми прожилками, за которой будут храниться бутылки с вином и особыми вампирскими напитками. Вдоль стен — мягкие диваны, обитые бордовым бархатом. Столики из тёмного дерева с инкрустацией. Свет — приглушённый, от магических светильников, стилизованных под свечи. На стенах — полки с книгами (Лионелла обожала читать) и несколько картин в тяжёлых рамах. И главное — музыкальный артефакт, который мог проигрывать любые мелодии по заказу. Линнет обещала помочь с его созданием.

Через неделю, когда скелеты уже вовсю трудились в парке под руководством Морвена, а Костик размечал усыпальницу под будущие альковы, в Мортегар-холл прибыл груз. Это были семена. Морвен доставил их лично, и Анна, увидев его багаж, едва не ахнула. Десятки мешочков, свёртков, коробочек. Семена, луковицы, клубни, споры — целое состояние, собранное, кажется, со всего мира. Полуэльф разложил их на столе в гостиной и принялся сортировать, тихо напевая что-то на непонятном языке.

— Вот это — лунный мох, — объяснял он, показывая Анне крошечный мешочек, из которого исходило бледное сияние. — Он будет расти на стенах, вдоль дорожек, на камнях. Светится в темноте. Не требует ухода. Вот это — чёрные розы. Бутоны раскрываются после заката и пахнут так, что даже люди чувствуют запах за милю. Вот это — серебряный плющ. Он оплетёт арку и будет цвести мелкими белыми цветами, которые мерцают, как звёзды. А вот это — трава сновидений. Если посадить её под окнами спален, вампирам будут сниться приятные сны.

— Вампирам снятся сны? — удивилась Анна.

— Всем снятся сны, — пожал плечами Морвен. — Даже мёртвым. Просто не все их помнят.

Летучие мыши, которые веками жили на чердаке, отнеслись к переменам с неодобрением. Когда скелеты начали разбирать старые балки, чтобы заменить их новыми, мыши подняли шум: хлопали крыльями, пищали, метались под потолком. Анна поняла, что оставлять их в замке нельзя — во время ремонта они будут мешать, да и потом, когда чердак станет жилым помещением, им там не место. Но просто выгнать их она не могла. Лионелла просила позаботиться о них, и Анна сдержала обещание.