— А когда и как будут проводиться занятия? — тут же спросил педантичный Шмитт.

— Об этом я сообщу позднее, когда немного освоюсь в этом замечательном городе, — ушел я от прямого ответа.

Когда все стали расходиться, я подошел к Белову. Моя цель была проста — расспросить его о городе и об убитых жандармах. Но сделать это так, чтобы не показать своего прямого интереса. Конечно интереса об убитых, информация о городе не секретная и, думаю, он легко сможет меня просветить на ее счет и гораздо лучше, чем простой и бесхитростный Роб. Аристарх Вениаминович в просьбе поговорить не отказал, и мы с ним отправились в ближайшую кофейню. По иронии судьбы это оказалась та же самая кофейня, куда он меня привел сразу после освобождения из тюрьмы.

— Так значит, вы хотите узнать больше о городе? — неторопливо попивая чашку кофе, уточнил Белов.

— Да. Хотелось бы понять, чем «дышит» Ново-Архангельск. На что стоит обращать внимание. Какие есть неписаные законы.

— О да, неписанных правил тут хватает, — кивнул мужчина. — И как вы понимаете, связано это с его особым статусом свободной торговой зоны.

Чуть помолчав, собираясь с мыслями, он продолжил.

— Начну с того, что сил полиции и армии у императора тут очень мало. Так уж сложилось, что на это крайне остро реагируют наши главные соперники на политической арене и любое усиление гарнизона вызовет их ответную реакцию. Из-за этого силовые ведомства не справляются со своей работой, и город поделен на зоны влияния между особо крупными диаспорами. Они имеют свои вооруженные группы наемников и чаще всего разбираются между собой, не привлекая внимания полиции. А любая попытка на них надавить приводит к плачевному результату. Приходится крутиться. В каком-то смысле мы тут сидим как на пороховой бочке.

— И что? Совсем нет вариантов это исправить? — не поверил я.

— Только большой кровью, — вздохнул Белов. — Поэтому если с вами что-то случится, сначала лучше уточнить, на чьей территории это произошло и идти уже к главе диаспоры. Спросить можно у полиции. Хоть городовые и связаны по рукам из-за своей малой численности, но обычно в курсе всех новостей.

— Полиция совсем ничего не делает?

— Ну почему же. Делают и не мало. Но их удел в основном — мелкие бытовые преступления, которых вы уж мне поверьте тут в изрядном количестве. Но если случается что-то по-настоящему крупное и опасное, то они предпочитают не торопиться вмешиваться. Для собственной сохранности.

— Ну а что касается нашего управления? Мы тоже связаны по рукам?

— В силовом противостоянии мы ничего сделать не сможем, но это нам и не нужно. Наша задача — сбор информации и передача ее в Москву. Иногда — точечные операции по конкретной цели. Проследить, найти или… устранить. Но последнее редко.