Мой день рождения — 23 мая. Дамиано, должно быть, называет мисс Миллс день рождения своей сестры. Он говорит в решительной спешке, пристально глядя на соцработницу, пока та записывает данные его сестры в мою анкету. Он бросает на меня быстрые взгляды, молча умоляя не противоречить ему.
Я слишком потрясена, чтобы говорить. Сердце бешено бьется. Что он делает?
— Очень печально то, что случилось с вашим отцом, — безучастно замечает соцработница, просматривая свои бумаги и ставя то тут, то там пометки на странице. Она поднимает на него взгляд с деловитой улыбкой. — Что ж, Дамиано. В одном учреждении для вас обоих мест нет, к тому же Люси нужно побыть в больнице еще какое-то время. Я отвезу тебя в...
Рука Дамиано сжимает мою ладонь так крепко, что становится почти больно. Он прерывает ее, его карие глаза вспыхивают вызовом.
— Нет.
Мисс Миллс моргает.
— Что, прости?
— Я никуда не поеду без Люси. — Его голос звучит с абсолютной уверенностью.
Мисс Миллс открывает рот, вероятно, чтобы объяснить, как устроена система и что у него нет выбора. Но Дамиано выглядит яростным, защищающим и совершенно непреклонным.
— Она моя сестра, — говорит он. — Мы остаемся вместе.
Я смотрю на этого двенадцатилетнего мальчика, который только что потерял абсолютно все, который весь покрыт бинтами и золой и который объявляет чужую девочку своей семьей, просто чтобы она не осталась одна. Он спасает меня. Точно так же, как спас от взрыва.
Я сжимаю его руку изо всех сил, на какие способна.
— Он прав, — шепчу я, обретая голос. — Мы остаемся вместе.
Мисс Миллс переводит взгляд с одного из нас на другого, ее профессиональная маска слегка пошатывается. Возможно, она видит что-то в наших отчаянных лицах. А возможно, ей просто не хочется воевать с двумя травмированными детьми.
— Я... посмотрю, что можно сделать, — произносит она наконец.
Дамиано ничуть не ослабляет хватку. Ни на каплю. И я тоже.
Глава 2
Люси
Наши дни
Бальный зал отеля «Коринтия» сверкает хрустальными люстрами и сдержанной роскошью самых могущественных семей Малуса, как политических, так и криминальных, которые смешались в одной толпе. Я стою на самом краю, держа в руке нетронутый бокал с шампанским, и наблюдаю за тем, как Дамиано общается с гостями. Сейчас ему двадцать два года и в своем черном смокинге он убийственно хорош собой. Идеально уложенные темные кудри обрамляют его точеную челюсть, а теплые карие глаза подмечают абсолютно все. Он двигается в толпе с непринужденной уверенностью принца, который знает, что однажды станет королем. Мужчины выказывают ему почтение. Женщины тянутся к нему сами. Он обменивается рукопожатиями, хлопает знакомых по плечу, смеется над шутками. Идеально играет роль наследника Дона Карлуччи Бароне.