Я чувствую себя так, словно меня ударили. Боль медленная и сокрушительная, будто моя грудная клетка проваливается внутрь.

На безымянном пальце Люси сверкает помолвочное кольцо с бриллиантом. Оно массивное. Безвкусное. Всё то, чем Люси не является. Я ненавижу его каждой фиброй своего существа.

— Люси, — выдыхаю я глухим голосом. — Когда это произошло?

— Нужно было узнать размер. Мы забрали его сегодня. — её голос звучит тихо.

От мысли о том, как Андреас надевает это кольцо ей на палец, а она это позволяет, мне хочется что-нибудь разбить. Через несколько месяцев, а может и меньше, она пойдёт к алтарю навстречу Андреасу Монтони и мне придётся на это смотреть.

— И ты согласилась.

— Какой у меня был выбор? Ты же знаешь, что у меня нет выбора, Дамиано. Если ты думаешь, что он опустился на одно колено и просил меня выйти за него замуж, подумай ещё раз. Он спросил отца, а потом надел это кольцо мне на палец. Это не помолвочное кольцо. Это поводок.

Уродливый поводок. Канареечные бриллианты, которые я купил для неё, были выбраны потому, что от них загорались её глаза.

— Оно отвратительно.

У неё вырывается удивлённый смешок.

— Так и есть, правда?

Андреасу плевать, чего хочет Люси. Его волнует статус. Работа на публику. Я ненавижу его жгучей яростью, которая грозит поглотить меня. Я ненавижу каждого человека и каждое обстоятельство, которые толкают Люси в постель другого мужчины.

— Мне следовало бы сорвать это с твоего пальца. Я должен надеть своё собственное кольцо тебе на палец. То, которое ты действительно выбрала сама. То, которое что-то значит. — я притягиваю её ближе. — Ты моя, Люси. Не его. Моя.

— Я знаю. — слёзы теперь катятся по её щекам. — Я знаю, что я твоя. Но это единственный способ сохранить нам обоим жизнь.

Я заключаю её в объятия, и на этот раз она не сопротивляется. Она прижимается ко мне, и я чувствую, как её тело сотрясается от беззвучных рыданий. Моя рука запутывается в её волосах. На эти несколько украденных секунд она моя. Не его.Моя .

Я слышу шаги. Андреас возвращается, вероятно, разыскивая Люси. Она, должно быть, тоже слышит их, потому что быстро отстраняется от меня, вытирая глаза.

— Мне пора, — говорит она.

— Люси...

— Он не должен знать, что я к тебе чувствую. — она отстраняется и спешит по коридору к Андреасу, на лице которого играет удовлетворённая улыбка человека, считающего, что он заполучил нечто драгоценное. Я провожаю её взглядом, едва дыша, пока ревность бушует в моём сердце, когда она идёт навстречу своему будущему мужу.

Андреас думает, что победил, и верит, что заявил права на то, что принадлежит мне.