Случилось это как раз в выпускной год, в десятом классе. Комсоргу навязывали для распространения в классе лотерейные билеты ДОСААФ. Один билет стоил 50 копеек. И пусть цена измерялась мелочью, но для тех времен это была вполне осязаемая сумма, особенно для жителей «Африки». Поэтому у Саши начинались мучения. Он всеми силами пытался впихнуть эти билеты одноклассникам, отбивавшимся до последнего. В тот раз смог раздать все, за исключением пяти. Четыре взял на себя, а последний силой всучил Пеле, который денег не отдал, поклявшись, что отдаст позже.

В день выхода тиража Саша пошел в библиотеку, взял нужную газету, стал сверять. Холодный пот выступил у него на лбу, когда он понял, что последний четвертый билет, который он проверял, всего лишь на одну последнюю цифру не совпадает с выигрышной комбинацией. А выигрыш был заветной мечтой всех. На кону стоял «Москвич». Вытерев пот, Саша сообразил, что поскольку билеты, полученные и розданные им, были из одного «гнезда» и по номерам шли след в след, то, вполне возможно, что кто-то из одноклассников этот «Москвич» и выиграл. На полусогнутых ногах он вышел из библиотеки, тут же наткнулся на соседа.

— Новость слышал? — спросил сосед.

— Какую? — Саша уже догадывался, о чем будет эта новость.

— Пеле «Москвич» в лотерею выиграл!

… — Ой-ё-йой! — Одуван, единственный не знавший этой истории, такой реакцией выразил и восторг по поводу невероятного события, и свое сочувствие комсоргу.

— А самое смешное, знаешь что? — спросил Одувана Авто.

— Что?

— Пеле так и не отдал Саше пятьдесят копеек!

Все засмеялись.

— А я вам сейчас расскажу то, чего никто из класса кроме меня и Сосика Оганезова не знал! — хитро прищурился Гамлет.

— Почему никто? — удивился Авто.

— Слово дали Пеле, что не расскажем. Но столько времени прошло…

— Короче, Склифосовский! — Костя пришпорил Гамлета.

— Короче, Пеле хоть и не отдал пятьдесят копеек Саше за билет, но нам с Сосиком решил проставиться, — тут пояснил Одувану. — Мы с ним сидели за последней партой, Сосик перед нами. Ну и тусовались вместе. В общем, притащил чачу. На перемене перед литературой…

— Литературой⁈ — в один голос выкрикнули Авто и Костя.

— Да! — ответил Гамлет.

Авто и Костя покачали головами. Ване не все было понятно, кроме того, что не следовало делать это перед литературой. Равноценно самоубийству.

— Короче, выпили мы всю бутылку за перемену в туалете. Но нам-то с Сосиком чего?

Авто и Костя понимающе кивнули.

— Почему? — спросил Одуван.

— Ну мы здоровые лбы оба были, а Пеле — самый маленький в классе.

— Аааа!