— Кто их только подбирал? Если это Элизия — я ее придушу, — сжав кулаки, рявкнул.

— Не думаю, если бы она приложила к этому руку, здесь весели бы только серые и чёрные бесформенные платья, по сравнению с которыми обычный, невзрачный мешок смотрелся бы на мне роскошно. — «Не удивлюсь, если бы одежда еще и была пропитана изнутри парализующим ядом», — про себя подумала.

Шон понимающе усмехнулся. Ее симпатию не увидит разве что слепой.

— Ой, а мы же Дерека давно не видели, как он? — обеспокоенно спросила.

— Думаю, мы его и не увидим в ближайшее время. Брат, наверняка, навёрстывает упущенное в какой-нибудь залитой солнцем и теплом долине. Греет свой хвост на песке и наслаждается морским бризом, любуется волнами.

Шон оказался прав, Дерек, действительно, покинул Аселинию.

Но зато на Ханну мы почти наткнулись, когда выходили из комнаты. Гордячка переступила через себя и, возможно, хотела помериться, но, увидев на вместе с блестящими от счастья глазами и улыбающихся, обо всем догадалась и передумала.

— Вот оно как! Пользуетесь своим положением, значит, мистер Шон Бирн? — хмыкнула она, пронзительный взгляд синих глаз сверкал от зависти или злости на меня.

— Нет, не пользуюсь. Оправдываться перед тобой я не собираюсь, — скрестив руки на груди, он повысил голос.

Теперь уже я была в бешенстве:

— А не ты ли сама едва ли не толкала меня к нему в руки, уверяла, что он мой суженный и, что мы должны быть вместе несмотря ни на что? Вот я и задумалась. Может, все так и должно быть? Чем ты теперь недовольна, а? Бесишься, что, идущая у тебя на поводу, подруга теперь не с тобой? Что ее мысли заняты чем-то помимо переживаний о том, как исправлять последствия после твоих внезапных идей? — вся красная и ужасно злющая наконец-то все ей высказала в лицо.

Не зная вначале, что мне ответить без минуты бывшая подруга скривила губы:

— Теперь я считаю, что вы не пара. Он тебе не подходит. Я видела достаточно и могу давать тебе советы, ведь мне ты мне не безразлична. «Проблема»? Вот как? Ты всегда видела меня именно такой? Зудящем укусом на теле?

— Девочки, может вы обе остынете и выясните отношения уже дома, пока в горячке не сказали то, о чем пожалеете? — вставая между нами, вмешался Шон.

— А мне ей больше нечего сказать! — как же мама была права на ее счет, Ханна тянет меня в трясину, из которой я раз за разом выбираюсь, меняясь изнутри.

— И мне, прощай. Закончи тут без меня. Пока вы занимались сексом, я успела залечить несколько ран и осмотреть беременную, — со злобой выплюнув слова, она опустила голову и понеслась к порталу.