— Ты сравниваешь одно маленькое деревце с целым лесом.
Я закатила глаза, но он не мог этого видеть. — Невозможный.
Он поцеловал меня в макушку и вздохнул.
— Никаких оборотней.
— Я не собираюсь с этим мириться. Я должна увидеть Джейкоба.
— Тогда я должен буду остановить тебя.
Это прозвучало так, будто он был совершенно уверен в том, что ему это не составит труда.
Я была уверена, что он прав.
— Ладно, посмотрим, — надулась я. — Он все еще мой друг.
Я ощутила письмо Джейкоба, лежащее в моем кармане, будто оно внезапно стало весить десять фунтов. Я даже смогла услышать слова, произнесенные его голосом, и, казалось, он соглашался с Эдвардом в том, чего никогда не произойдет на самом деле.
Ничего не изменится. Прости.
Глава 2 Бегство
Я чувствовала себя так, словно парю под облаками, когда шла с испанского в кафетерий, и это было не только потому, что я держала за руку самого совершенного мужчину в мире, хотя, конечно, в значительной степени поэтому.
Может, это было осознание того, что моё наказание закончилось, и я теперь снова свободная женщина.
Или может, это вообще не имело отношения ко мне. Может, причиной была та атмосфера свободы, которая витала над территорией школы. Ощущалось что скоро конец учебного года, особенно это чувствовали старшеклассники, нервное возбуждение словно повисло в воздухе.
Свобода была так близко, что казалось, ее можно было потрогать, почувствовать ее вкус. Её следы были везде. Стена в кафетерии, сплошь увешанная плакатами, урны, переполненные разноцветными флайерами, напоминающими о том, что нужно купить школьный ежегодник, школьные звонки, объявления с крайними сроками заказов на платья, шляпки и ленточки; светящиеся неоновые расписания уборки кабинетов для младших классов, и, увитые розами плакаты, предвещающие выпускной бал.
Выпускной вечер состоится в эти выходные, но я получила от Эдварда железное обещание, что он не заставит меня туда идти. В конце концов, у меня уже был подобный человеческий опыт.
Нет, должно быть это моя личная свобода так окрылила меня сегодня. Окончание учебного года не принесло мне того удовлетворения, которое, казалось, чувствовали другие студенты. Странно, но я нервничала и испытывала что-то вроде отвращения, когда думала об этом.
Но избежать разговоров о выпускном было невозможно, эта тема обсуждалась повсеместно.
— Ты уже разослала приглашения? — Спросила Анджела, когда Эдвард и я уселись за наш столик. Её волосы были зачесаны в небрежный конский хвост, а не распущены как обычно, отчего взгляд казался слегка безумным.
Элис и Бен уже сидели за столом по другую сторону от Анджелы. Бэн был погружен в чтение коммиксов, его очки сползли с узкого носа. Элис внимательно изучала мой скучный прикид, состоявший из джинсов и футболки, что в некоторой степени заставило меня почувствовать себя неловко. Наверное, она в своем воображении представляла меня в другом обличье. Я вздохнула. Моё равнодушное отношение к моде было предметом её постоянного раздражения. Если бы я ей разрешила, она бы с радостью одевала меня каждый день — возможно несколько раз в день — как какую-нибудь огромную, объемную бумажную куклу.