— Это тебя не касается, Эдвард — отбрила она его.

Он рассмеялся. Что-то в ее ответе развеселило его.

— Точно, — настаивала Элис, — это женские штучки.

Он нахмурился.

— Позволь ей поговорить со мной, — мне было любопытно.

— Ну, сама напросилась, — проговорил он, снова засмеявшись одновременно и злясь и веселясь, и вышел из гаража.

Я повернулась к Элис, теперь уже обеспокоенная, но она не смотрела на меня. Ее плохое настроение, все-еще не прошло.

Она уселась на капот своего «порше», вид у нее был самый удрученный. Я пошла за ней и прислонилась к бамперу, рядом с ней.

— Белла? — грустно спросила Элис, сдвинулась с места и прильнув ко мне. В ее голосе было столько страдания, что я даже обняла ее, пытаясь утешить.

— Что случилось, Элис?

— Ты не любишь меня? — тем-же грустным тоном продолжала она.

— Конечно, люблю. Ты же знаешь.

— Тогда почему я вижу, как ты сбегаешь в Вегас — выйти замуж, и не приглашаешь меня на свадьбу.

— Ох, — тихо сказала я, мои щеки залились краской. Видно было, я очень сильно обидела ее, и поспешила защититься:

— Ты ведь знаешь, как я не люблю раздувать проблемы. Да и вообще, это была идея Эдварда.

— Мне все равно, чья это была идея. Как ТЫ могла так поступить со мной? От Эдварда я ожидала, чего-то подобного, но только не от тебя. Я люблю тебя словно свою родную сестру.

— Элис, для меня ты и есть моя сестра.

— Это всего лишь слова. — буркнула она.

— Хорошо, ты можешь придти. Все равно, там не на что будет смотреть.

Она продолжала сидеть с недовольным видом.

— Что еще?

— Белла, насколько сильно ты меня любишь?

— Почему ты спрашиваешь?

Она смотрела на меня умоляюще, эти длинные черные брови — подняты и сложены вместе, это дрожащие уголки губ. Она просто умело разбивала мне сердце.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — шептала она. — Пожалуйста, Белла, умоляю — если ты, правда, любишь меня… Пожалуйста, позволь мне организовать твою свадьбу.

— О, Элис! — простонала я, отодвинулась от нее и встала. — Нет! Только не это.

— Если ты, правда, по-настоящему любишь меня, Белла.

Я скрестила руки на груди.

— Это не честно. И Эдвард уже проделал то-же самое со мной.

— Спорим, что Эдварду понравиться больше, если ты согласишься сделать все традиционно, хотя он никогда и не скажет тебе этого. И Эсме — подумай, как много для нее значит ваша свадьба.

Я издала стон.

— Уж лучше я столкнусь с новообращенными в одиночку.

— Я буду твоей должницей 10 лет.

— Ты будешь должна мне 100 лет.

Ее глаза просияли — Это значит — «да»?

— Нет! Я не хочу ничего делать.

— Тебе и не придется ничего делать, кроме как пройтись пару метров и затем повторить за священником слова.