«Оборотни не стабильны», — сказал Эдвард, — «Люди вокруг них подвергаются опасности.»

Так что, довольно-таки странно, каким образом им удалось замять это.

Сэм был так шокирован, был так себе противен, он так себя ненавидел, за то, что сделал…Он готов был даже броситься под автобус, если бы это помогло облегчить ее страдания. Он мог сделать все, что угодно, даже просто сбежать от того, что сделал. Он был полностью разбит… Затем, каким — то образом, она стала единственной, кто смог его успокоить, и после этого…

Джейкоб не закончил свою мысль, и я почувствовала, что дальше история становится слишком личной для того, что бы ею с кем-то делиться.

— Бедная Эмили, — прошептала я, — Бедный Сэм. Бедная Леа…

— Да, Леа досталось больше всех, — согласился он, — Она натянула на лицо маску храбрости и собирается быть подружкой невесты.

Пытаясь все это осмыслить, я смотрела в сторону на выступающие камни, возвышающиеся над океаном. Я чувствовала его взгляд на своем лице, он ждал, что я что-нибудь скажу.

— С тобой это тоже случилось? — наконец, спросила я, по-прежнему глядя в даль, — Эта любовь-с-первого-взгляда?

— Нет, — живо ответил он, — Сэм и Джаред единственные.

— Хмм, — произнесла я, стараясь, чтобы это прозвучало просто, как вежливая заинтересованность. Я чувствовала облегчение и одновременно пыталась объяснить самой себе эту свою реакцию. Я решила, что просто обрадовалась тому, что он не стал утверждать, будто между нами двумя была эта мистическая волчья связь. Наши взаимоотношения и без того были достаточно запутанными. Я больше не нуждалась ни в чем сверхъестественном, мне с головой хватало того, с чем мне уже пришлось столкнуться.

Он тоже замолчал, и тишина стала несколько неловкой. Моя интуиция подсказывала мне, что я не хочу знать, о чем он сейчас думает.

— Как это произошло с Джаредом? — спросила я, чтобы нарушить тишину.

— Здесь обошлось без драмы. Это была просто девочка, с которой он целый год каждый день сидел рядом в школе, и на которую и двух раз не взглянул. Но после того, как он впервые перекинулся, он увидел ее снова и с тех пор больше не отрывает от нее глаз. Ким была в восторге. Она была от него без ума. Она исписала весь дневник своим именем, добавляя на конце его фамилию, — он издевательски рассмеялся.

Я нахмурилась.

— Это Джаред тебе рассказал? Он не должен был.

Джейкоб закусил губу.

— Думаю, я не должен был смеяться. Хотя это забавно.

— Две половинки одной души.

Он вздохнул.

— Джаред ничего нам специально не рассказывал. Я уже говорил тебе об этом, помнишь?

— О, да. Ты можешь читать мысли каждого из стаи, но только, когда вы в волчьих шкурах, правильно?