Бергман осмотрел наручники, которые фиксировали ее руки, и сказал:

— Ключи.

Ни дрожи в голосе, ни эмоций — и это, пожалуй, единственное, что выдавало: внутри у этого человека-терминатора сейчас творится что-то, чему он сам не знает названия.

— У кого ключи? — повторил он.

Провожатый думал, что обращаются к нему, попятился, замотал головой.

— Я не знаю! Я вообще тут ни при чем, были бы у меня — сразу бы отдал…

— Были у Хорхе, — прошептала Тори. — Но должны быть еще у кого-то.

Она не жаловалась и не умоляла, лежала смирно, смотрела с тоской и надеждой.

— Ищем, — кивнул я. — Надо расспросить пленных вояк наверху.

Мы вернулись в холл, где Рамиз и его группа держали под прицелом выживших бойцов. Девять человек лежали мордами вниз, руки за головой. Среди них Джехомар Диас с разбитым лицом и еще восемь солдат в разной степени сохранности.

— Кто-нибудь из вас знает, где ключи от наручников? — спросил я, обводя взглядом пленников. — От наручников, которыми прикована пленница в допросной.

Некоторые переглянулись, но никто не ответил.

— Слушайте внимательно, — продолжил я, присаживаясь на корточки возле ближайшего бандита. — Ваш босс мертв. Клана больше нет. Повстанцы хотели вас убить, но мы их остановили. У вас есть шанс выжить, если будете сотрудничать.

Один из солдат, парень с рваной раной на плече, приподнял голову:

— У Диаса должны быть запасные. Он значился комендантом базы.

Я посмотрел на Джехомара. Тот лежал неподвижно, словно мертвый.

— Диас, — окликнул я. — У тебя есть ключи?

Он зашевелился, попытался что-то сказать, но с разбитыми зубами и распухшими губами получалось только невнятное мычание.

— Рамиз, помоги ему сесть, — распорядился я.

Рамиз поднял Диаса за шиворот и усадил спиной к колонне. Бывший комендант тяжело дышал, кровь стекала по подбородку.

Я достал флягу с водой, протянул ему и сказал:

— Попей. Потом скажешь, где ключи.

Диас жадно глотнул, закашлялся, сплюнул кровавую слюну.

— В… фейфе, — выдавил он. — Новый… зам… командива… Панчо… У него.

— Этот мерзавец Панчо мертв, — сообщил Вечный, подходя ближе. — Его повстанцы расстреляли в первые минуты — такая был гнида!

— Тогда… пховехь его тело. — Диас помотал головой, будто пытаясь прояснить сознание. — Он… фъавный. Такой… в камуфляже… с кафтяном на шее.

Тетыща уже развернулся и направился к горе трупов у стены. Я пошел за ним. Среди тел в форме он быстро нашел нужного — крепкого мужика лет сорока, с массивным золотым крестом на груди. Бергман методично обыскал карманы, достал связку ключей.

— Есть, — коротко бросил он и вернулся к лифту.