Такое ни с чем не спутаешь.

Четыре корпуса, связанных между собой крытыми переходами на уровне второго этажа, образуют квадрат. Двор усажен деревьями. Всюду — тропинки для прогулок, беговые и велосипедные дорожки, тренажёры под навесами, новенькие детские площадки. Все фонари работают.

Как я догадался, что территория охраняется?

Так ведь чугунные заборы в арочных нишах говорят сами за себя. Там ещё и калиточки с домофонами виднеются. Всюду камеры. А вот с паркинга, похоже, люди выезжают с другой стороны. Чтобы не нарушать дружелюбие среды. И только наш драндулет портит фэншуй, перегородив дорогу к одному из подъездов.

На экране навигатора две точки слились в одну.

— Здесь, — сказал Трофимов.

И открыл переднюю дверцу.

В правой руке следователя нарисовался пистолет...

Он его призвал, что ли?

Штабс-капитан передаёт Парамонову кнопочную рацию. Опер перекладывает агрегат в левую руку, а пальцы правой сжимает на рукояти невидимого оружия. «Барс», соткавшись из пустоты, укладывается в ладонь хозяина. Я спокойно выхожу из машины и, как последний лох, отстёгиваю застёжку кобуры. После чего достаю собственную пушку. Да, вот такой я отсталый, ребята.

Всем насрать.

— Удачи, — напутствует Горзаев.

Приближаемся к подъезду.

Синхронно сдвигаются предохранители.

Передёргиваются затворы.

Парамонов жмёт кнопку на рации, подносит микрофон ко рту и тихо произносит:

— Начинаем.

Подъезд представляет собой выдвинутую во двор стеклянную коробку. Дверь тоже стеклянная, со встроенным дактилоскопом и наборной панелью. Я обратил внимание на полное отсутствие охранников во дворе. Понятно, что здесь не будут держать военизированный отряд, но хотя бы один эсбэшник должен делать обходы...

Следователь, игнорируя дактилоскоп, набирает с пульта универсальный код доступа.

Дверь, тихо пикнув, отворяется.

Россия-матушка.

Проникаем в вестибюль. Чисто, просторно, безлюдно. Две лифтовых кабины, выход на лестницу. Парамонов идёт к лифту, мы с Трофимовым — к лестнице.

— Далеко? — спрашиваю я.

— Пятый этаж.

Краем глаза отмечаю спуск к паркингу и заклеенную строительной лентой вторую кабину. Как всегда. Работает только одна шахта.

Трофимов делает мне знак слегка поотстать.

Замедляюсь.

Удерживаю «барс» двумя руками, на всякий случай осматриваю выходы на нижние этажи. Высоко над моей головой звякает прибывший лифт.

Тишина.

А затем до моего слуха доносятся звуки штурма. Звон бьющегося стекла, грохот слетающей с петель двери. Слышу механический голос штурмовика:

— Оставаться на местах! Работает тайная канцелярия!

Я поднял голову и увидел бронированного штурмовика с помпой на уровне глаз. Боец застыл в характерной позе, согнув ноги в коленях и удерживая под прицелом створки единственной лифтовой двери.