Дом был построен в стиле «современный модерн». Или даже не дом, а вилла. Иначе и не назвать. Такие только показывали в заграничных фильмах. Бетонное строение с множеством открытого пространства и полуоткрытых комнат со стеклянными стенами. Летний бассейн перед домом, плавно уходящий внутрь. Посреди дома был ещё один, зимний бассейн. Половина стен из толстого стекла, и обстановку видно с улицы. Конечно же, дом выделялся. Стоять бы ему где-нибудь в Лос-Анджелесе, а не в сибирской перди среди однотипных дворцов в стиле барокко и рококо, которые массово строила позднесоветская элита. Зимой, и в холодное время года, половина дома становилась непригодна для жилья, все эти открытые комнаты и террасы. Но они просто закрывались раздвижными стенами из толстого стекла, чтобы не налетел снег или дождь. Хозяева жили в центральной части. Зато летом, в июне-июле, дом превращался в огромную открытую комфортабельную площадку для отдыха.
Территория засыпана белой мраморной крошкой, и засажена диковинными декоративными деревьями, названия которых Жека и близко не знал. Туя, кипарис, можжевельник? Но растения были красивы, и росли в бетонных вазонах, утопленных прямо в мраморную крошку. Ограда тоже не выглядела слишком высокой — все должны были видеть оригинальную дорогую виллу, и завидовать вкусу и финансам её владельца.
Девятка Крота притормозила перед воротами, тут же отворившимися, и после того как они открылись, въехала в двор. Прямо напротив был въезд в гараж на первом этаже дома. Внутри стоял сахаровский Ниссан Патруль тёмно-зелёного цвета. Синяя девятка охранников припаркована рядом с домом.
— Приехали! — Крот показал, чтоб выходили.
Сахариха восторженно посмотрела на Жеку, и улыбнулась, гордясь за брата — естественно, ей здесь нравилось. После убогой советской девятиэтажки-то, почему нет? Сам себе хозяин — живи не хочу. Охрана в посёлке есть, да и тут мордовороты всегда наготове. Четыре человека по краям виллы прохаживаются. И хоть в руках ничего нет, Жека не сомневался, что под костюмами в кобурах стволы. Сахар любил жизнь и любил жить. Если можно позволить себе жить в таком доме — почему бы и нет?
Жека неловко выбрался из тачла, и пошёл вслед за Сахарихой, радостно побежавшей внутрь дома. Двери тоже были стеклянные, обрамлённые в алюминий. Жека потрогал, проходя мимо — толщина чуть не 4 сантиметра. Пуленепробиваемые что-ли? А домик-то не так и прост, как кажется с первого взгляда! На полу и стенах мраморная плитка, на которой квадратные коврики с абстрактным рисунком. Причудливые квадратные светильники на стенах льют свет тут и там. Никаких торшеров и хрустальных люстр! Дом Сахара казался гостем из будущего. Конечно же, всё это привезено из-за границы, и наверняка из Японии, куда металлургический комбинат отправлял металлопрокат. Обратно шли товары на бартер. Что бы не заказать себе вот такой вот домишко? Значит, Сахар уже присосался к комбинату через какую-то подставную фирмёшку. Какую-то часть прибыли он конечно, мог прибирать к рукам, но всю навряд ли — там сразу прилетели бы большие дяди из Москвы, и надавали по кумполу обнаглевшему авторитету.