Сунув во внутренний карман диплом и вкладыш с оценками, после собрания подошёл к Маринке и Лёхе.
— Ну чё? Гульнём у нас?
— А давайте! — застенчиво улыбнулась Марина. — По сколько сдавать?
— А ни по сколько! Контора оплатит! Пошли тачло ловить! — рассмеялся Жека. — Айда на кооператив!
И там устроили хорошую висячку.
Глава 16 ТОО «Инвестфонд»
Лето 1991 года выдалось крайне горячим во всех смыслах. Изменило жизнь всех без исключения советских людей.
Кооператив «Удар» после реорганизации назывался «Товарищество с ограниченной ответственностью 'ИнвестФонд». С пацанами в конторе долго спорили, когда выбирали название. Митяя всё тащило в русскую старину.
— А давайте назовём «Русич». Или «Богатырь». Или «Илья Муромец». Ну круто же! — гудел Митяй. — К русским истокам! Людям понравится!
— Людям-то простым понравится, братан, базара нет, — согласился Славян. — Но мы работать будем с компаниями, с предприятиями, директорами. Там надо чтобы солидность и надёжность была в названии. А «Русич» чё это за название? Как будто матрёшки и валенки продаём. Не, это стрёмно. Не по-деловому. Нужно хитромудрое название.
— Давай тогда назовём «Европа», или «Евразия», или «Империя».
— Ну, это слишком пафосно. Даже смешно. Это как вон в пердях коммерческий киоск стоит размером с гулькин хрен, и выручкой в сто рублей, а название у него «Империя продуктов». Ну, это ж ржачно.
Сошлись на том, что название должно быть и денежным, и солидным, и броским. Сошлись на «Инвестфонде». Да название хрен бы с ним. Пришлось на втором этаже оборудовать контору. Убрали ринг, лавки, тренажёры. Эпоха пацанского полудомашнего кооператива «Удар» закончилась. Да и охранников на работу принимали теперь исключительно с боевой подготовкой, после армии, или милиции. Тренажёры и ринг стали не нужны — подраться можно поехать в секции единоборств во дворце спорта. Полтинник сунь вечером охраннику, и дерись сколько душе угодно, и с кем угодно, хоть на ставки, хоть на интерес.
На первом этаже сделали очередной скоротечный ремонт, позвав армян, поделив помещение на коридор с кабинетами, и теперь там заседали бухгалтер, кадровик, и юрист. С одной стороны, большой плюс — сейчас было кого отправить вместо себя в горисполком или налоговую. Но большинство связей были личные, наработанные, и ездить всё равно приходилось. Да и на зарплату им уходило два косаря. Но, надо признать, деньги свои они отрабатывали.
Продолжилось падение экономики, и уже ближе к концу июня, когда у кафе в Еловке осталась окончательная отделка, хмырь из строительного управления по телефону заявил, что денег на стройматериалы и строительство, уже оплаченные кооператорами ещё зимой, по старым ценам, у него нет — всё ушло на повысившуюся зарплату рабочим, и социальные гарантии, да и тех денег чего там… Капля в море. Денег на оплату аренды грузовика и крана тоже нет, забирайте их обратно. Рабочие бастуют, требуя повышения зарплаты, и строительное управление металлургического комбината на грани остановки.