— Да с чего ты взяла? — урезонила меня Светка. — Кто ей даст остаться? Эта система, как часы работает. Человеку дали заработать, а по достижении пенсионного возраста приказом оформят на заслуженный отдых. А начальником назначат следующего, кому недалеко до пенсии.

— А это что, на всех предприятиях так?

— Не на всех, но на многих. Странно, что ты не знаешь.

Я вздохнула. Что ни говори, а в те времена о людях думали. Не то, что в мое время. Понятно теперь, почему Володька не просит о помощи. Он просто уверен, что любой и каждый поможет с радостью.

А уж Альбина, будь она сейчас в этом теле — так и говорить не о чем. Во-первых, он ей родной брат. И, вполне вероятно, когда-то в детстве они с теплом друг к другу относились. Во-вторых, ей приятно было бы проявить великодушие и помочь тому, кто когда-то так напакостил ей и ее родителям. В беде ведь человек оказался, и нуждается в помощи.

Но я не Альбина! И никакие детские радужные воспоминания о братике на меня не действуют. А насчет бескорыстной помощи и великодушия — слишком много за свои тридцать лет я навидалась примеров, какой монетой такие люди способны «отблагодарить»! И уж гробить свое драгоценное время, которое мне для своих задач нужно, на развлечение чужих детей я точно не собираюсь!

— В общем, я на неделе постараюсь забрать их из садика пораньше, и привести к вам. Ну или сама сбегаешь, заберешь. Они любят, чтобы за ними после обеда приходили. А если получится, так еще и на выходные… — беспечно произнес Володька.

Я набрала в грудь побольше воздуха.

— Послушай, Владимир, — сказала я как можно серьезнее, — я в помощи отказать, разумеется, не смогу. Мне тоже жаль детей, которые временно остались без мамы. Но у меня есть ряд условий.

— Каких условий?

— Первое. Я должна знать, в какой именно день и на какой срок ты их к нам приведешь. У меня работа и полно своих дел. Поэтому всегда предварительно звони и спрашивай, можно ли привести девочек в такой-то день и в такое-то время.

— Я знаю, что ты работаешь, — кивнул Володька, — но отец же почти всегда дома.

— А забота о детях — не мужское дело, ты сам только что сказал, — напомнила я. — Второе условие. Приводя детей, приноси, пожалуйста, еду для них — ту, которую они привыкли есть. И в достаточном количестве. Неплохо еще игрушки, с которыми они привыкли…

Меня перебил истошный возмущенный вопль Светки:

— Ты что, тарелку супа для детей пожалела? Тебе жалко, да? Тебе жалко? Ишь, условия она ставит! Навариться хочешь на чужой беде? Бессовестная! Может, еще потребуешь деньги тебе за это платить? Сестра называется!