— Так храмы раньше на особых местах строили, поэтому и спокойно здесь.
Получается, дед прав. И люди, приходя вечерами культурно отдохнуть на танцплощадке, действительно танцуют на костях. Только не знают правды.
— Нехорошо это, — вздохнула я.
— Нехорошо, — вторил мне старик. — А вы зачем сюда пришли? Разве не веселиться?
— Нет, мне надо время скоротать, — я взглянула на часы. — Кстати, пора уже. Спасибо за экскурс в историю.
Пал Саныча на кафедре не оказалось. Может, вышел куда или еще что-то. Бумагу мне отдала Надежда Аркадьевна. Ниже подписи Пал Саныча размашистым почерком было ходатайство и подпись заведующего кафедрой. Так, значит, председатель комиссии — это и есть заведующий? Так, так, надо на всякий случай запомнить его фамилию — Потапов В. М.
А в правом верхнем углу фиолетовыми чернилами убористым почерком было выведено: «Зачислить на третий курс заочного отделения по специальности 'Эксплуатация железнодорожного транспорта». Директор… дата… подпись.
— Так мне разрешили сразу на третий курс? — радостно взвизгнула я.
— Конечно, — улыбнулась Надежда, — все, как положено.
— Спасибо огромное! А теперь мне что делать?
— Теперь со всеми документами идите в приемную комиссию и оформляйтесь. Потом зайдите на заочное и узнайте, когда сессия. Но обычно сессии у заочников в январе. Они вам письмо с вызовом по почте пришлют.
— Замечательно!
— И еще они вам выдадут методички для контрольных и курсовых.
— Ну, это понятное дело.
— И не забудьте привезти информацию для Пал Саныча.
Я вытащила из сумочки листочек, на котором Пал Саныч набросал список вопросов.
— А давайте я запишу, в какие дни и часы он бывает на кафедре.
Глава 22
Время стремительно подбиралось к нашему путешествию в Москву.
В одно прекрасное утро я возвращалась домой после ночной смены. На площадке у почтовых ящиков я увидела нашего деда.
Он обернулся на стук моих каблуков.
— О, с работы?
У деда была традиция: каждое утро «ходить за почтой». И ни разу не было такого, чтобы почтовый ящик пустовал. Всегда ворох газет — «Известия», «Красное знамя», «Вечерний город», «Комсомольская правда». Журналы приходили пореже — «Мурзилка» и «Костер» для Ритки, «Здоровье» и «Наука и жизнь» для взрослых. Кроме того, регулярно приходили письма. Ритка, например, получала письма от подруг. Живя в одном городе, они переписывались не для того, чтобы сообщать новости, а чтобы получать письма. Нам с нашими мессенджерами не понять, какое это удовольствие — вынуть конверт из почтового ящика, распечатать и сразу же прочитать.
Я поначалу удивлялась, для чего семья, далекая от науки, выписывает «Науку и жизнь». Потом поняла. Там была рубрика «Вязание», видимо, важная для Альбины.