Лариска села на стул напротив меня и закурила. И, хоть форточка была открыта, по комнате немедленно разлилась нестерпимая табачная вонь. Не знаю, курит ли сам Андрюха и как относился к жене — заядлой курильщице. Но любому нормальному человеку точно не понравится жить в табакерке.

— Так что у вас случилось? — спросила я. — Может, Андрей еще вернется, и ты зря паникуешь?

— Если бы, — Лариска вздохнула, и пепел от ее сигареты разлетелся в разные стороны. — Но он не вернется. Повариху на судне обрюхатил.

— Да ты что? — поразилась я.

— Я ведь старше его на восемь лет, и сразу сказала, что рожать не буду. У меня Костя есть от первого брака. И по служебной лестнице удалось подняться до начальника отдела. Какие дети?

— Ну, я тебя понимаю прекрасно, — кивнула я. — А он что, такой чадолюбивый? Не думала.

— Да он и сам не думал, — расстроенно наклонила голову Лариска, — только эти шалавы пароходские знаешь какие ушлые? А он мужик порядочный, раз ребенка сделал, значит, обязан жениться.

— Я в шоке, честно говоря. Переспал с кем-то на пароходе и сразу жениться?

Лариска докурила свою вонючую сигарету и встала со своего стула. Кошка от неожиданности зашипела и спрыгнула с подоконника.

— Иди, Маркиза, не до тебя, — Лариска поставила чайник на плиту.

Я в ужасе наблюдала, как она, усевшись за стол, опять потянулась к пачке с сигаретами. Курит одну за одной. Нет, я тут долго не выдержу.

— Помнишь, я зимой летала к нему в Одессу? — спросила Лариска, а я кивнула. — Так вот, на судне я видела эту лохудру. Только тогда я не знала, что она спит с моим мужем. В общем, сидим мы с Андреем в кают-компании, ждем, когда подадут ужин. И вдруг входит повариха, соплячка совсем, лет восемнадцати. Останавливается возле меня и бухает на стол тарелку так, что брызги летят во все стороны: на скатерть, на мою блузку.

— Да ты что? И ей ничего за это не было?

— Ну, я возмутилась, конечно. Спросила, что, собственно, происходит. А Андрей с улыбочкой, мол, девушка не в настроении. И больше таких случаев не было. Потом она спокойно нам подавала. А когда он пришел с рейса…

Лариска вдруг замолчала, глубоко затягиваясь.

— Когда он пришел, кстати?

— Да вчера, — Лариска надсадно закашляла, — я взяла отгулы, чтобы встретить его, побыть дома вместе. Торжественная встреча на причале — все, как полагается. Приехали домой, и тут началось. Идем в спальню — звонок по телефону. Я беру трубку, а там кто-то сопит и не говорит ничего. Лежим в спальне — опять звонок. И так несколько раз. Я беру трубку: «Алло, говорите!», в ответ лишь чье-то дыхание. А когда позвонили в очередной раз, Андрей сам взял трубку. И с ним-то заговорили.