— Т-там Артем… И Нюхач… Они… они очень п-плохи. Учитель, я в-виновата… Я д-должна была…

Мир вокруг меня, только что начавший обретать краски, снова выцвел до черно-белых тонов. Слова Ани ударили тяжелее, чем любой ментальный выпад Вейлы.

Я резко посмотрел в ту сторону, о которой говорила ученица.

Группа бойцов, которых, как мне казалось, мы спасли, все еще стояла в оборонительной позиции, но стволы их оружия теперь смотрели не в переулки, а… на меня. В их глазах не было благодарности, только лишь страх пополам с готовностью принять смерть, но забрав противника с собой на тот свет.

— Оружие вниз! — хриплый, властный голос разрезал тишину. — Оружие вниз я сказал!

От группы быстро отделилась знакомая фигура.

Ворон.

Он выглядел… плохо. Его бронежилет был исполосован когтями в разных местах. От разгрузки было одно название, а с левой стороны, вообще отсутствовала часть бронепластин, открывая грязную повязку, пропитавшуюся бурым цветом.

Мужчина слегка прихрамывал на правую ногу, волоча её, как чужую, но вот его взгляд оставался прямым и жестким, как стальной прут, только что вышедший с конвейера.

— Вашу мать, вы что, идиоты? — снова крикнул он в сторону своих людей. — Я же сказал, стволы в землю! — ещё раз рявкнул на своих бойцов, которые мешкали, переводя взгляды с командира на меня и обратно. — Это свои.

Было заметно, как те подчинялись, пусть и делали это с какой-то неохотой. Один из них, классический здоровяк, в руках у которого был здоровенный пулемет, сплюнул под ноги, но дуло опустил. При этом не укрылось от наших глаз тот факт, что палец остался на спусковом крючке.

Я отлично чувствовал их напряжение. Для них моя фигура была не спасительной или знакомой. А угрожающей и опасной. Можно сказать, что ещё один монстр, просто играющий за какую-то другую команду.

Пока что.

Ворон подошел ко мне вплотную. От него пахло табаком, маслом, и очень длительным переходом. Видимо, до душа ребятки давно не добирались. Мужчина протянул в мою сторону руку, когда как в его глазах легко можно было прочесть облегчение.

— Ты долго, Алекс. — прохрипел он голосом без упрека, просто констатируя факт. — Но, надо признать, я чертовски рад, что ты живой. Да и появился эффектно, как в тот раз. Ничего не скажешь. — устало добавил под конец он.

Я по-свойски пожал его ладонь, чувствуя шершавую мозолистую кожу и десятки ссадин.

— Пробки на дорогах, сам же знаешь. — попытался отшутиться, намекая на постоянную загруженность столицы, но вышло оно все равно кривовато. — Где они?

Ворон не стал переспрашивать, прекрасно понимая, о чем, а точнее о ком шла речь. Просто кивнул в сторону того самого входа, который все это время обороняла его группа.