— Как ведет себя, сука? — спросил генерал Рысев, пытаясь найти ответ по выражению лица адвоката.

— Держится уверено.

— Явку с повинной можно объяснить нервным срывом?

— Нервы у дамочки всем на зависть. А взгляд такой — у меня мурашки по спине.

— Чего она хочет?

Ревзин с максимальной точностью пересказал суть разговора с подзащитной, признавшейся в давнем убийстве мэра уральского города.

— Я по правде, не понял, о чем речь. А вам всё понятно?

— Более чем. — Рысев задумался, его рука равномерно сжимала и отпускала руль. — Значит, говоришь, три часа?

— К сожалению, уже два сорок.

Рысев хлопнул ланями по рулю:

— В этом СИЗО я ее не достану! Можешь организовать ее перевод к нам?

— Пока дело находится в Следственном Комитете — это маловероятно. — Если она признается в более серьезном преступлении, то…

— Это не выход! Как будут развиваться события в обычном порядке?

— Завтра истекает срок ее временного задержания. Суд должен определить меру пресечения. Я думаю, ее заключат под арест на два месяца. Это обычная практика.

— Ее повезут в суд?

— Да.

— Какой?

— Я, как адвокат, имею право узнать у следователя.

— Звони сейчас.

Ревзин связался со Спиридоновым, подтвердил, что подзащитная наняла его, и уточнил, где состоится слушание.

— Кузьминский суд. В шестнадцать часов, — сообщил он генералу.

— Хорошо. Свободен.

— До завтра?

— Какое завтра! Ты что, не понял? Через два часа добиваешься новой встречи с Демьяновой, и сообщаешь, что ее требование выполнено.

— Она захочет убедиться.

— Дашь ей свою трубку, пусть сделает один звонок.

Когда адвокат покинул «вольво», Рысев связался с Егором Ивановичем в Калининграде. Команда генерала-лейтенанта были короткой — отпустить и извиниться. Подчиненный не задавал лишних вопросов.

Вторым звонком Рысев вызвал Лесника. На этот раз инструкции последовали более подробные. В заключение генерал сказал:

— У Гнома два часа. И пусть он учтет ошибку в Коломне. Сделать надо хитрее. Помните против кого работаете.

На несколько минут Рысев задумался. Генерал взвешивал плюсы и минусы различных вариантов своих действий. Зыбкая идея обрастала деталями, пока не приобрела завершенную форму.

— Сегодня ты меня переиграла, — прошипел генерал далекой собеседнице. Он был уверен, что сейчас она тоже думает о нем. — Ты сделала неожиданный ход. Теперь моя очередь.

Рысев достал из портфеля старенький сотовый телефон и вставил в него симкарту. Подобные средства связи он покупал с рук на подмосковных станциях, прикидываясь дачником. Сейчас настал один из тех моментов, для которых они были предназначены.