Я медленно всплывал из объятий тьмы. Первыми появились звуки. Вслед за ними лёгкая боль, притуплённая холодным свечением Живого доспеха.

— Джайра, тебе нужно успокоиться, — другой женский голос. — Не надо рубить сгоряча.

— Успокоиться? Я что, не спокойна, по-твоему? А с хрена ли я должна быть спокойной, когда в Доспехе Квенлана сидит какой-то оборванец?

Ко мне вернулся нюх. Носом я уловил невероятный аромат жарящегося на костре мяса. Дымный запах следом за собой пробудил и волнения в животе.

— Отвали, Пикс! — разъярённая женщина не думала успокаиваться. — И ты отвали, Серп-1. Все отвалите на хрен!

Наконец-то смог разлепить глаза. В них ударил яркий свет утреннего солнца, от которого я заморгал.

— Слава Ушедшим, ты очнулся! — мягкий знакомый голос.

Вновь открыв глаза, я рассмотрел Лину, склонившуюся надо мной.

— Ты в порядке? — прохрипел я.

— Дурак, — улыбнулась сестрёнка. — О себе бы подумал.

Я прокашлялся, отгоняю хрипотцу из голоса:

— Да я как огурчик.

— Хорош бахвалиться, — фыркнула Лина так, как умеет только она. Но в её глазах всё равно оставалось веселье.

— А где Элиза?

— Всё хорошо, она ещё завтракает. Мы все добрались до лагеря рыцарей благодаря тебе.

Воздух вновь разорвал разъярённый голос девушки, который меня разбудил.

— Проснулся, мудила? Что ты сделал с Квенланом? Отвечай!

От её криков у меня в затылке появилась тяжесть. Я приподнялся, чтобы получше рассмотреть крикунью и не смог. Вся моя грудь и живот были покрыты плотным слоем металла, из которого пробивался синий свет. Только сейчас я заметил свой Живой доспех, который стоял, расставив руки. У него отсутствовала центральная часть, так что голова, руки и ноги соединялись между собой каким-то подобием шестов.

Отсутствие почти половины брони не мешало ему не подпускать ко мне злющую рыжую девушку. На ней была та же облегающая одежда, что и на Квенлане. Она отлично подчёркивала её стройную фигуру и выдающиеся части тела.

— Кто эта истеричка? — спросил я у Лины.

— Одна из рыцарей Серпа.

В голове всплыли слова Квенлана: «Попроси у Джайры прощения за меня. Если она, конечно, тебя не убьёт». Похоже, сложно будет выполнить его просьбу.

— Ты — Джайра? — мой голос был ещё достаточно слаб, чтобы кричать, но она всё равно меня услышала.

Она на миг перестала бороться с моим доспехом, и затем вновь взорвалась:

— Слышь ты, ублюдок, откуда ты знаешь моё имя?

Её сзади обхватила невысокая темноволосая девушка в очках, призывая успокоиться. Я вспомнил их разговор перед тем, как очнуться.

— Пикс называла тебя по имени, — я указал рукой на очкастую. — А ещё…