Глава 9
Никанор с Тимофеичем успели первыми, и старшина тут же сцепился со своим братом, причём сцепился не на шутку, а всерьёз, и именно эти родные души задали тон всему остальному.
Как два огромных мартовских кота, которым весна напрочь отшибла мозги, оставив только ярость и желание разодрать противника в лоскуты, с визгом и воем, не жалея себя, с летящими во все стороны клочьями шерсти, они прокатились по всему двору и снесли будку с алабаем, ударились о стену сарая и отскочили в разные стороны, замерев друг перед другом на краткий миг.
И замерли не только они, замерли все мы, глядя на них, Никанор ещё успел в этот краткий момент сдёрнуть Машу куда-то вбок, за сарай, чтоб не мешалась.
А потом, через секунду, брат снова кинулся на брата, и ярости там было куда больше, чем в начале, потому что Тимофеич вызверился до предела тоже, он уже никого не жалел и чувства родственные ушли у него куда-то в сторону, как и не было их. Он уже не хотел никого беречь, его уже вело одно только исступлённое бешенство, он хотел навтыкать поганцу так, чтобы унять своё лютое остервенение, чтобы выместить на нём своё волнение и тревогу, а все переживания о судьбе брата заменила в нём сейчас буйная злоба.
И этот разъярённый клубок покатился по двору дальше, а мы, не обращая уже больше на него внимания, кинулись друг на друга примерно в том же состоянии, если не хуже.
Дмитрий летел на нас, но летел правильно, чуть присев, на полусогнутых, он выставил вперёд левое плечо и прижал подбородок к груди, он поднял кулаки к ушам, он сверлил нас исподлобья глубоко посаженными глазами, он всё замечал и всё оценивал правильно, так что Коннору не повезло.
Полугном принял прямо на руки залихватский, размашистый, от всего плеча чужой удар и как будто не почувствовал его, хотя кому другому Кеня обязательно бы что-нибудь сломал, а потом мощно ударил в ответ.
Лепрекон попытался уклониться, он неожиданно ловко изогнулся и, если бы Дмитрий бил куда-то конкретно, у Коннора бы получилось, но Дмитрий бил просто в его сторону, не разбирая куда, лишь бы задеть, и сумел это сделать.
Кене угодило куда-то в левое плечо и чуть ниже, но ему хватило, ведь его же как будто столбом ударили, и лепрекон тут же отлетел в сторону метров на семь, да и остался там лежать.
Я был следующим, и Дмитрий кинулся на меня, как кабан в тайге кидается на врага, вроде бы бесхитростно и по прямой, но ты попробуй уйди, попробуй уклонись от смертельных кривых клыков, попробуй сохранить хладнокровие, если даже у медведей не всегда выходит это сделать, если даже они иногда истошно ревут, пытаясь собрать свои кишки обратно в распоротый живот, уже не помышляя о победе и не уклоняясь от повторных, настырных добивающих атак.