— Это не нормально, но ты всё сделал правильно.

Горт выдохнул. Одобрение от наставника — простая вещь, которая стоила больше пятидесяти двух склянок.

— Горт, это Лис, — я кивнул в сторону мальчишки, который стоял в дверном проёме, прижимая к груди свой тряпичный узелок. — Он будет работать с тобой. Покажи ему мастерскую. Утром начнёте.

Горт посмотрел на Лиса, как старший брат смотрит на младшего, с долей снисходительности и с профессиональным интересом: справится или нет?

— Считать умеешь? — спросил Горт.

— Умею, — ответил Лис.

— Сколько будет семнадцать и двадцать четыре?

— Сорок один.

Горт повернулся ко мне. Брови приподняты.

— Быстро, — признал он.

— Быстро, — подтвердил я. — Покорми его. Он не ел с утра.

Горт забрал Лиса и увёл вглубь мастерской, где стояла печь и пахло сухими травами. Я слышал, как он объясняет, где что лежит: «Это стеллаж с готовыми склянками, не трогай. Это фильтровальная ткань, запас. Это журнал, самое важное, потеряешь — убью». Лис молчал и слушал. Он умел слушать, ведь это было едва ли не самое ценное его качество.

…

Тарек нашёл меня у колодца, когда я набирал воду для ночной варки.

Он стоял у столба ограды, копьё прислонено к дереву, руки скрещены на груди.

— Следы, — сказал он вместо приветствия. — Детёныш.

— Расстояние?

— Два километра к югу. Ручей, что у Каменной Гряды, помнишь?

Помнил. Ручей, который питался от ветви Кровяной Жилы. Тот самый, у которого я проверял чистоту воды в первые дни, прислушиваясь к ритму корней через грунт.

— Приходит каждые три-четыре дня, — продолжил Тарек. — Убил двух Мшистых Оленей за последнюю неделю. Следы свежие, глубокие — зверь растёт. Ещё месяц, и он будет размером с мать.

— К частоколу подходил?

— Пока нет, но охотничья тропа к ручью уже небезопасна. Я поставил метки, ребята в курсе, ходят парами. Но если он решит, что ручей — его территория, мы потеряем доступ к воде на южном направлении.

Тарек помолчал, потом добавил:

— Я могу его взять.

В его голосе не было бравады. Сухая констатация: у меня есть навык, есть оружие, дай команду. Тарек повзрослел за последние два месяца больше, чем большинство людей взрослеют за десятилетие. Убийство Стража изменило его. Он знал свои возможности и не переоценивал их.

— Подожди, — сказал я. — Сначала нужно понять, почему он ходит именно к этому ручью. Олени — не единственная добыча в округе. Если детёныш привязался к конкретному водопою, значит, что-то в этой воде его привлекает. Может, витальный фон выше нормы. Может, что-то другое.

Тарек нахмурился.

— Думаешь, ручей заражён?

— Думаю, ручей изменился. Как кристаллы. Как всё вокруг, что питается от Жилы.