— Хочу сказать, что вы исключительный человек, Михаил Иванович, — он осторожно распрямился, положив свой топор на колени. — Сегодня я ещё раз в этом убедился. И я не могу сказать, что я человек набожный или суеверный, но… Вы знаете, что про вас говорят?

— Нет, и не уверен, что мне интересно, — признался я. Посмотрел на рану на руке. Кровь свернулась, но болячка ныла. Да и голова всё ещё была немного ватная после невероятного напряжения. — У вас не найдётся воды?

Витязь кивнул, сунул руку куда-то за спину и через миг протянул флягу. Я сделал пару глотков, оценив примесь лимона. Бодрит.

— Благодарю, ваша доблесть, — кивнул ему я. — Признаюсь, бой был тяжёлым.

— Неужели такое случается у Собирателя Земель? — усмехнулся витязь. — Может быть, всё же отвезти вас домой? Вы выглядите не очень хорошо, уж простите. Вам бы отдохнуть.

Я помотал головой, нахмурившись. Меня полностью поглотила мысль о Волгине. Со всеми этими делами, выпавшими на мою долю в последние дни — он как-то вывалился за пределы моего внимания. И сейчас выяснялось, что «тёмный» гвардеец пропал. Последнее моё сообщение ему висело непрочитанным уже несколько дней. Чёрт.

Я, не доставая телефона, написал Турову вопрос о том, слышал ли он что-то про огневика, а когда вездеход пересёк границу с моими землями, то озадачил проблемой ещё и Черномора.

Когда мы прибыли в башню Тринадцатого Отдела, то десять человек, использованных Инфернальным Десятником, уже были размещены в отдельных палатах.

Граф Орлов лично курировал работу своих людей, и когда я появился на этаже, то немедленно двинулся ко мне навстречу, отстукивая тростью ритм:

— Михаил Иванович, как вы?

— Терпимо… — не стал лукавить я. Вид у меня был довольно помятый. — Что у вас?

— У нас всё очень многообещающе, Михаил Иванович, — Леонид Михайлович кашлянул. — Семеро пришли в сознание. Здоровью их ничего не угрожает. Мои люди уже разговаривают с ними. Трое пострадали серьёзнее. Управляющий усадьбой, садовница-геомантка, а также один из дружинников Игнатьева. Их состояние стабилизировали, но пока с прогнозами я бы не торопился.

— Что с фоном? — мы двинулись вдоль палат с пострадавшими. Все они находились за панорамными окнами, видимые из коридора. Перепуганные, измученные люди, вынужденные отвечать на строгие вопросы специалистов Тринадцатого Отдела.

— Растёт, вы нашли проблему и устранили её, — граф улыбнулся, наблюдая за мной. — И кажется, вы снова оказались правы. Скажу прямо, Михаил Иванович, мне очень хочется разобраться, наконец, в природе ваших познаний.

— Хотите запереть меня в одну из этих палат и провести необходимые исследования? — предположил я с усмешкой.