Я кивнул.
— Великолепный боец, — продолжил Снегов. — Единственная женщина-витязь, а как вы понимаете, этот ранг скидок на возраст и пол не делает.
— Полагаю, ей пришлось через многое пройти, чтобы добиться таких вершин, — задумчиво произнёс я себе под нос.
— Несомненно, Михаил Иванович, — кивнул Станислав Сергеевич. — Многие мужчины не смогли сделать то, что сделала она для такого результата. Путь Умельца гораздо требовательнее к физиологии, чем другие направления.
Дверь дёрнулась от чего-то могучего рывка, к нам в купе сунулся парень лет двадцати, с сигаретой в зубах.
— О! — увидел он нас, нахмурился. — А что вы тут делаете? Или что тут делаю я⁈
Юноша обдал нас запахом табака, после чего разглядел номер на двери.
— Тысяча извинений, господа. Перепутал.
Он пошатнулся и двинулся дальше по коридору, оставив дверь нараспашку.
— Молодой человек, — голос мой прозвучал негромко, но нечаянный гость меня услышал. Его лицо снова появилось в проёме с выражением, будто бы с ним заговорила тумбочка. — Дверь закройте, пожалуйста.
— Молодой человек? — неприятно улыбнулся парень, глаза его сощурились в приступе гнева. — Это вы ко мне так обратились? С высоты прожитых лет, как я понимаю? Ноги не держат и руки артритом скрутило, что самим не закрыть? Вы вообще знаете, с кем разговариваете?
Снегов начал было подниматься, но я усадил его жестом и сказал:
— Не знаю, и знать не хочу. Закройте, пожалуйста, дверь и оставьте нас, молодой человек.
Он демонстративно затянулся, после чего выдохнул дым к нам в купе, а затем с силой захлопнул дверь. Я тяжело вздохнул и опёрся на стол, вставая. Снегов следил за мной, но, повинуясь знаку, остался сидеть.
Я открыл дверь и вышел в коридор. Парень как раз остановился у входа в своё купе и повернулся ко мне, с издёвкой произнеся:
— Что-то ещё,молодой человек ?
Отвечать я не стал, подошёл к нему и открыл перед ним дверь.
— Разумный выбор, — фыркнул парень. Из купе на меня уставились две девушки и крепкого вида юноша. Курильщик вошёл к себе со снисходительной улыбкой. После чего я захлопнул дверь с такой силой, что на шум выскочила проводница.
Сломав замки и выведя из строя всю технику молодёжи, я отключил внутренний коммуникатор купе. До Минска мы ехали в полной тишине, неспешно разговаривая о делах. И когда прибыли на конечную, то бортпроводница безуспешно стучала в запертую дверь, стараясь общаться максимально вежливо, но ей всё равно никто не отвечал.
Когда мы покинули вагон, то прошли мимо аквариума с тем наглецом и его компанией. Жертвы алкоголя и сломанных замков беззвучно барабанили по стеклу и что-то кричали. Лица сконфуженные, перепуганные. На столе остатки былого пиршества, в котором, неожиданно, участвовало много пива. А туалета в их купе не было. Тогда эмоции понятны.