В среде девиц, не понимающих причин отказа Вени от близости, поползли всякие нелицеприятные версии, заставившие молодого врача покинуть их гостеприимный коллектив. Он вернулся к Борису. Петр тоже забросил рыбалку, потому что понял, что здесь ему нет причин отдыхать от семьи. У него получалось, что его любимое занятие являлось таковым не само по себе, а исключительно в качестве противовеса семейным проблемам. Да и рыбу было жалко, и комары кусали.

В итоге, вся троица загорала на берегу огромной реки, изредка разводя костер.

— Хорошо ничего не делать, когда знаешь, что делать что-то надо. А когда отдыхаешь от отдыха, то не получаешь такого наслаждения. — Поделился своим наблюдением Петр.

— Поэтому с собой берут спиртное на отдых. — Борис заглянул в пустой термос из-под настойки. — Закончился олл инклюзив. Веня, иди у девчат спроси чего-нибудь.

— Они не пьют, дядь Борь, спортсменки же.

— Дураки, надо было в Турцию проситься, так пивом бесплатным хоть залейся.

— Я не хочу заливаться. — Честно признался Петр. — Хорошо лежим, на воду смотрим, на огонь, как завещал Конфуций.

— Пьяным на это смотреть еще веселее.

— Зато с похмелья отвратно. Уж лучше так.

— Э-э-эх. — Борис поднялся. — Пойду, грибов на веточку насажу.

Жареные на костре грибы прочно прописались в меню последних дней. Чередовались они то с рыбой, то с ягодами, то с орехами, которые водились на острове в изобилии. Натуральная пища вкупе с хорошим климатом и спокойствием наложили лоск на лица всей троицы. Даже многолетние морщины Бориса разгладились после такого отдыха.

— По идее, чего желать-то? — Произнес Борис, вернувшись с веткой, на которой были насажены белые толстоногие грибы. — Эдем. Живи просто, ничего лишнего не желай, и остров тебя прокормит всю жизнь.

— Это верно. Как только захочешь дом, придется рубить лес на материал, потом надо вырубить лес под поля, чтобы засеять их пшеницей, потом детям дом построить, а остров-то не резиновый, из края в край видно.

— Скучно не желать, дядь Борь.

— А ты расслабься и не желай. Как сейчас.

— Ну, в принципе, здесь я могу расслабиться, а дома нет. Там другая жизнь. Там же нельзя расслабляться, не выживешь.

— А никто не думал, почему у нас так? — Спросил Петр. — Как родился, впрягся в ошейник и бежишь, пока не сдохнешь.

— Потому что нужда у нас, чего неясного. Я бы сделал еду бесплатной, или хотя бы тем, кому ничего, кроме поесть не надо, сделал бы так, чтобы они сами выращивали ее и ели в общинах каких-нибудь, чтобы на других, кто на Лексусах не смотрели. Жрешь себе, на небо смотришь, и ничего не надо. Как сейчас. — Борис откусил гриб на пробу, долго гонял его по рту, пока он не остыл.