Провожающие впихнули меня в непримечательную комнату и захлопнули дверь снаружи. Орудий для пыток здесь не было, но ощущение все равно гнетущее. Квадратное помещение без окон, с внушительными цепями на стенах. В центре стояли простой стол с тлеющим огарком свечи на нем, и два деревянных стула напротив друг друга. Один из них уже был занят неким «Дознавателем Инквизиции Первого Ранга», уровень неизвестен. В руках он небрежно держал «Руководство по Темным религиям». При моем появлении НПС аккуратно положил книгу в центр стола и кивнул на пустующий стул. Сердце предательски дрогнуло.

Вопреки моим ожиданиям, представитель инквизиции оказался молодым, даже юным. По крайней мере, внешне. Балахон цвета крови небрежно откинут назад, открывая спутанные черные вихры. Вот только в глазах ничего юношеского: глубоко запавшие, чуть приоткрытые, как будто он не спал месяцами и ему больно видеть даже тусклый свет свечи. Голос самый обычный:

— Здравствуйте, драгоценный брат. Мы так долго вас ждали.

Видимо, представляться здесь не принято. Моего имени он не спросил, значит, и мне не положено знать его:

— Здравствуй, брат.

Дознаватель слегка дернулся, будто я его ударил:

— Брат ли? А впрочем, неважно. Выясним, все выясним. Вам известно, почему вы здесь?

— Нет, мне не сказали.

— А сами вы как считаете?

— Ни малейшей догадки.

Под допросом мне бывать еще не приходилось. Но основные правила понятны: чем меньше я говорю и чем больше слушаю — тем лучше. Не хватало еще сболтнуть факты, свидетельствующие против себя самого. В казематах церкви презумпция невиновности — пустой звук. Инквизитор нервно потер руки:

— Вы сидите передо мной, потому что у церкви Триединого к вам накопилось много вопросов. Будь против вас прямые улики, мы разговаривали бы в других местах. И пока это только вопросы… я советую отвечать честно. Вам все понятно?

Значит, не все так плохо, мог бы уже висеть на дыбе. Что-то мне рассказывали про их классовое умение определять правду. А если недоговаривать? Рисковать не хотелось, он явно опытнее меня в разы. Причем в самом прямом смысле, уровней этак на двести.

— Да.

— Для начала соблюдем необходимые формальности.

Внимание! Жрец Норман под присягой дает обязательство повиноваться церкви и правдиво отвечать на вопросы инквизиторов. Выдать все, что знает о еретиках и ереси, и выполнить любое наложенное на него наказание.

Вот и живое доказательство власти дознавателей. Меня не просили согласиться или отказаться, сообщение чисто справочное. С другой стороны, меня и сюда не приглашали, а настойчиво привели. Не в кандалах конечно, но все-таки.