Опаньки, так я свои мысли вслух произнёс? Вот тебе и на…

Не удержался…

— Прошу прощения, Светлана Николаевна. Просто сорвалось с языка. Похоже, что я надышался тут всевозможными ароматами духов и благовоний, вот и дало по мозгам. Впредь обещаю свой язык держать за зубами и не махать им попусту.

— Я не хочу сказать, что все мужчины одинаковые, однако… Посмотрите, как другие реагируют на эту гостью? Вы не знаете, кто это? — спросила Светлана, глядя на выступающую рыжевласку.

— Увы нет, впервые вижу, — покачал я головой. — О, да она направляется к Копылову и Корейко… Может, подойдем и познакомимся?

— А вы всё также не отступаете от своих мыслей… «зажечь с рыжулькой»? — скривила губы Светлана.

— Да ну, я же объяснился. Или вашим ртом сейчас говорит ревность?

— Вот ещё! Я вовсе вас не ревную. Идемте же, познакомимся в этой особой, пока её не погребли под тоннами внимания окружающие мужчины.

Мы двинулись к разговаривающим. Вскоре оказались возле них. Рыжевласка обожгла меня взглядом больших карих глаз, взглянула, как мне показалось, с интересом. Её слуга стоял позади госпожи и не вмешивался в разговор. Стоял безмолвной статуей, только глаза жили задорной жизнью, перебегая с одного гостя на другого. Мне показалось, что он выделяет для себя и оценивает по степени опасности потенциальных противников. На мне его взгляд задержался дольше остальных.

Что-то знакомое было в этом самом слуге, что-то такое неуловимо привычное… Как будто мы раньше где-то встречались. Вот только где?

— Добрый вечер, — выдали тем временем мои губы. — Семён Алексеевич, не мог пройти мимо. Я, как староста группы, просто должен узнать — где будет проходить наше следующее занятие в понедельник? Чтобы донести до ребят информацию о том, какую тренировочную одежду надевать…

— Погоду обещают солнечную, так что все два часа будем заниматься на улице, — с надутым видом заметил Копылов.

Ему явно польстило то, что при посторонних людях к нему обращаются как к важному человеку.

— Обожаю физкультуру на улице, — улыбнулся я так, что сам почувствовал насколько глупо выгляжу с растянутыми в стороны уголками губ.

— А вы представите нас, господин Копылов? — глубоким грудным голосом, от которого мурашки побежали не только по спине, а ломанулись по всему телу, произнесла рыжевласка. — Никогда не водила знакомство со старостами группы…

Я невольно сглотнул. Нет, я бы представился и сам, но меня об этом не просили. А рыжевласка при этом так улыбнулась, что сердце пропустило пару стуков.

— Графиня Моргова, позвольте представить вам моих учеников. Это Эдгарт Николаевич Южский, староста группы, а это Светлана Николаевна Карамазова, одна из лучших учениц своего потока, — с легким кивком проговорил Копылов, а потом повернулся к нам. — Друзья, позвольте представить вам графиню Анну Фатеевну Моргову. Анна Фатеевна с мужем владеет золотыми приисками в Иркутске, в столице бывает редко и лицезреть её сегодня можно считать удачливой приметой.