Гаврюша сидел во дворе. Герман не поленился, потратил несколько минут, чтобы соорудить небольшой сигнальный колокол из отвалившейся от брони железки, подвешенной на ветку дерева. Объяснил тихоходу, что если кто припрётся — нужно обязательно стучать по этой железки как можно громче, тогда он придёт и прогонит всех зоозащитников. Гаврюша не понял, но проникся. Ему очень понравилось звенеть железкой, так что он теперь «музицировал» непрерывно. Но если кто-то подходил, музицировать прекращал, Герман проверил на репортёре, так что сигнализация всё-таки работала.

— Как тебе этот салат из цветов и листьев смиллы? — участливо спросил Римус. — Не правда ли, очень изысканный вкус! Яркая, тропическая сладость оттеняется лёгкой горчинкой листьев, а соус из тинха дополняет эту феерию нотками пряной кислинки. Разве не прекрасно?: Скажи, Герман, у вас едят какие-нибудь нормальные блюда, не мясные?

— Едят. Картошку жареную. На масле. — Герман сейчас руку бы отдал за сковороду с жареной картошкой вприкуску с солёным огурцом и чёрным хлебом, политым подсолнечным маслом. Тем более, руку-то можно отрастить. Эх, где тот конвертор, что на Кусто? Герман туда столько всего вкусного напрограммировал… Да и сам Кусто — тоже.

— А где у вас живут ликсы? — спросил он Римуса, прервав того на полуслове.

— О, они все в космосе. Либо на флоте, либо на добыче полезных ископаемых. Прости, я не знаю точно. Не очень интересуюсь всеми этими пространственными делами. Этим занимаются граждане более низких категорий, а я — планетарный житель.

Герман тяжко вздохнул. Он уже не впервые пытался выяснить что-то из интересующего его у Римуса, и даже пытался привлечь к разговору репортёра, но они просто не знали. Такое ощущение, что те, кто живёт на планетах, действительно не знает ничего о том, что происходит в космосе. Всё это для них слишком далёкое и интересное.

Спать Лежнев отправился к Гаврюше. Так надёжнее — никто ликса не уведёт, да и его самого тихоход, если что, защитит. Герман уже не опасался, что на него нападут или попытаются скрутить, но… мало ли. Они тут всё делают из наилучших побуждений, и добрыми и светлыми улыбками. Всё за всех знают лучше всех. «Болото какое-то!» — подумал Герман, и отрубился. Да так качественно, что проспал почти весь следующий день. Римус был страшно недоволен. Кажется, ему уже начал надоедать гость, который оказался далеко не таким интересным, как он рассчитывал. Общаться толком не желает, своё мнение о жизни киннаров высказывает, и ладно бы восхищался, так в основном критикует!