– Они… усыпили её, – промычала я сквозь рыдания и, сделав шаг, коснулась лбом его плеча.
Глава 19
Его руки скользнули по моей спине, осторожно, ненавязчиво, а я, неловко согнув локти, дотронулась до его груди сжатыми в кулаки ладонями. Я устала до чёртиков, мне было так больно, и горько, и стыдно. Хотелось прижаться к нему крепче, обнять его, завернуться в него, согреться и позволить себе, наконец, выдохнуть, потому что рядом был свой человек – я и забыла, когда Дэмиан стал для меня «своим» – а с другой стороны, мне ужасно не хотелось обременять его своим нытьём, я и так вечно страдаю, зачем грузить совершенно невиновного в моих бедах человека…
– Извини, извини, пожалуйста.
Пряча глаза, я так низко опустила голову, что у меня заболела шея. Я попыталась выкрутиться, но Браунинг не отпускал меня, словно я могу причинить себе вред. Его ладони обжигали меня сквозь тонкую ткань комбинезона, который я впопыхах так и не скинула, и я вздрогнула, почувствовав, как между лопатками защекотало от разности температур – его кожи и прохлады приёмной.
– Не извиняйся. Ты имеешь право чувствовать то, что чувствуешь.
Я услышала его голос где-то над моей макушкой – какой же он высокий, я никогда не дотянусь! И зачем мне, чёрт возьми, тянуться?! В груди стало тесно от близости, я взялась за ткань комбинезона на уровне груди и скомкала её в кулаке, чуть оттянула – на мне не было белья, только футболка, а кожа отчего-то стала слишком чувствительной, раздражённой. Я боялась, что выгляжу неприлично.
– Ты прямо как Нэлл говоришь, – хмыкнула я, стараясь вывернуться и выбраться бочком, мелкими шажками, незаметно, ненавязчиво. Мне удалось, Дэмиан расцепил руки.
– И ты не должна всё превращать в шутку. Твои чувства важны… Ты важна.
Он сказал мне то, что Нэлл пыталась вдалбливать мне целый год. Она пыталась сказать мне, что я важна: для Отдела, для мира, для самой себя. Я важна для Дэмиана – я прочла это в его открытом, прямом, серьёзном взгляде, когда осмелилась задрать подбородок и посмотреть на него.
– Почему, Дэм? – с вызовом спросила я. Снова защищаться, нападая – такова моя любимая тактика, но от чего я защищалась на этот раз?
Дэмиан нахмурил брови, пошарил взглядом по полу. Он не понял меня. Его гениальный, острый ум не нашёлся с ответом.
– Что?
– Почему я?
Он глубоко вздохнул. Вершины его высоких скул покраснели, меж тонких губ мелькнул кончик языка, оставив на них влажный след, он закусил щёку изнутри – я смотрела, как меняется его лицо, словно при замедленной съёмке. Его ответ был важен для меня, для меня было важно, правильно ли он понял мой вопрос. Догадался ли, что догадалась я?