базы, все думали, что во главе поставят меня. Я даже слегка расстроился, а потом появилась Ханна, — продолжил он, пока мы пробирались сквозь плотный ряд деревьев. — Ты, кстати, очень похожа с сестрой. Я ведь практически добился её, пока не появился Зак. Что-то в его словах насторожило, заставив сбавить шаг. Я посмотрела на парня, который будто бы и не замечал меня, следуя всё дальше. И тут озарение, прорвавшееся через пучину страха и паники, сорвалось с моих губ: — Кубики… Оуэн резко остановился, медленно выпрямляясь, но всё так же стоя ко мне спиной. Его пальцы замерли, нервно сжимая кости. — Я их тебе не отдавала… Жар внутри меня резко обратился в лёд, но совершенно не от страха. Скорее от обиды и отчаяния, которые окутали душу, вплетая свои нити в плотную пелену тьмы. Моя рука дрожала, пока я доставала из кармана точно такие же кубики, что держал сейчас Оуэн. — Ты не мог знать просто так о том, что именно пообещал мне Эрик. Если бы не услышал этого сам… Моя мать не ранена, и они не здесь, верно? Только сейчас пелена, которая ослепляла сознание всё это время, начала медленно рассеиваться, открывая полную картину. «Здесь ведь даже нет других людей. И он повёз тебя одну. Какая же ты идиотка, Росс…» — Верно, — наконец произнёс Оуэн, вновь сжимая губы и не глядя мне в глаза. — Ты должна была стать приманкой для Эмануэля, которому так мешал Эрик. Ведь ты его слабость, Нея Росс. Он сорвёт любую операцию только ради тебя. Чёрт, да даже слить Леоне твою фамилию не составило особого труда. — Нет… — покачала я головой, не понимая, что именно отрицаю. — Эмануэль думает, что я убью тебя. Но к чёрту этого умалишённого старика. Мне куда выгоднее сдать тебя фракции взамен на их обещание. — Какое обещание? — Не чувствовать, Нея. Не чувствовать, — стремительно сделал он несколько шагов ближе, с остервенением выплёвывая слова: — И я больше не стану никому подчиняться. Не буду на второстепенных ролях. Я буду наравне с теми, кто отдаёт приказы. — Ты предал его, — с горькой усмешкой произнесла я, скривив лицо. — Это было тяжело, но… — Никаких «но»! — грубо прервала я. — Ты предал того, кто отдал бы за тебя жизнь. Ты предал свою свободу. Ты предал свою возможность выбирать. Я резко ударила по его ладоням, отчего кубики выскользнули из пальцев, упав на траву. Оуэн отвернулся, скривившись, как от боли, но так и не посмотрел на землю, опуская руки по швам. Я рвано дышала, ощущая, как клокочет в сердце злость. — Исправь всё! — продолжила я, стараясь заглянуть ему в лицо. — Уже поздно,