улыбкой произнесла я, замечая, как ожесточились черты Густава. Он выпрямился, продолжая сохранять на лице учтивую улыбку, но в карих глазах промелькнул явно недовольный блеск. И, кажется, Апфер на этот раз затуманил полноценно все мои чувства, включая тактичность, раз я без стеснения задала подобный вопрос лидеру всех фракций. — Нея, полагаю, тебе нужно собрать сумку, — ровным, но ледяным тоном произнесла мать. — Конечно, — кивнула я в ответ, стараясь держаться стойко и делая шаг назад, дабы покинуть кабинет. — Я провожу, — раздался бархатный голос Ноэ. И только я подняла глаза, лишь бы отказаться от помощи, как он уже вышел вслед за мной, настойчиво прикрыв дверь. Я остановилась, не решаясь сделать шаг, явно опасаясь упасть и не желая показывать перед ним свою слабость. — Мы можем сделать вид, что с тобой всё в порядке и ты лишь из вежливости взяла меня под руку, потому что я чертовски галантный мужчина, — губы Ноэ вновь растянулись в самодовольной улыбке, и он стал боком, демонстративно подставляя мне свой локоть. Я на миг задумалась и всё же равнодушно пожала плечами, скорее на автомате хватая его за руку и мысленно благодаря за то, что он не стал указывать на мою слабость. Стоило дойти до комнаты, как я обессиленно повалилась на кровать, позволив себе на пару мгновений прикрыть веки. Виски нещадно гудели, словно в попытках сдавить голову, а в теле ощущалась такая усталость, будто бы я тренировалась без устали всё утро и предыдущую ночь. — Держи, — раздался мужской голос. Я вновь приоткрыла одно веко, уже и забыв о своём прекрасном сопровождении. Ноэ протянул мне стакан воды и белую таблетку на ладони. — Что это? — взглянула я в его светлые глаза. — Доверься мне, — на красивом лице растянулась добродушная усмешка. — Нет, — улыбнулась я в ответ, приподнимаясь на локтях и всё так же упрямо глядя на него. — Что это? — Ты хоть кому-то доверяешь? Или лишь один я такой особенный? — его явно забавляла моя реакция, но он терпеливо держал протянутые руки. — Никому не доверяю, — выпрямилась я, потянувшись к прозрачному стакану воды. — Но ты особенный, если тебе от этого будет легче. Ноэ усмехнулся, а серебристые глаза заблестели. Он сжал кулак, убирая лекарство в карман. — Это было обычное обезболивающее, а не то, что ты подумала, — обернулся мужчина, наблюдая, как я подошла к высокому зеркалу, распуская волнистые волосы и позволяя прядям рассыпаться по плечам. Стекло вмиг показало истинную бледность моего лица, отчего оливковые глаза смотрелись неестественно ярко.