Антон встал, подошел к окну. Мюнхен спал под дождем. Огни в окнах, мокрые крыши, пустые улицы. Где-то там, в этом городе или в другом, адепты планировали следующий шаг. Выбирали следующую жертву. Готовили следующую ловушку.
Но теперь орден знал. Теперь у них появилась информация. Имя — Мюллер. Компания в Люксембурге. След. Это только начало. Но это уже что-то.
Антон вернулся к столу, открыл ноутбук, начал печатать детальный отчет для Лоренце. Каждое слово Элизы. Каждая деталь письма. Каждое наблюдение.
Работа продолжалась. Охота началась.
И где-то в тени невидимые адепты продолжали свою игру.
Но теперь они не одни.
* * *
Герда Шмидт стояла у окна кухни, вытирая руки кухонным полотенцем. За стеклом под дождем удалялся темный «Ауди». Номер M-KR 2847 она запомнила автоматически. Эта профессиональная привычка выработалась с годами. Автомобиль арендованный, судя по наклейке на заднем стекле.
Женщина за рулем. Мужчина на пассажирском сиденье. Час двадцать три минуты они провели в доме, Герда засекла время с момента, когда открыла им дверь. Машина остановилась у ворот, подождала, пока створки разойдутся, выехала на улицу, скрылась за поворотом.
Герда отложила полотенце. Прислушалась. Дома тихо. Фрау Тальхайм поднялась в кабинет сразу после ухода гостей, не попрощалась, просто прошла мимо, лицо бледное, глаза красные. Герда спросила, не приготовить ли ужин, фрау покачала головой и закрылась.
Лукас вернется только к восьми. Репетиция школьного оркестра. Значит, времени достаточно.
Герда достала телефон из кармана фартука. Не личный — рабочий. Дешевый Nokia, купленный три года назад в супермаркете. Предоплаченная SIM-карта. В контактах только один номер без имени — просто буква «К». Она набрала. Два гудка. Щелчок.
Ровный женский голос ответил без акцента, без эмоций:
— Доклад.
Не «алло». Не «да». Не «слушаю». Просто «доклад».
Герда говорила тихо, четко, по-немецки:
— Визит состоялся сегодня в пятнадцать ноль-ноль. Двое. Женщина, примерно сорок-сорок пять лет, представилась как доктор Кениг из Берлинского университета. Мужчина, около сорока, назвался Антон Леван, специалист по восточноевропейским архивам. Говорили на английском. У мужчины славянский акцент — польский или русский, не различу точно.
— Продолжай.
— Они пробыли час двадцать три минуты. Разговор происходил в гостиной, двери были закрыты. Я не могла слышать детали, но… — Герда сделала паузу, — фрау Тальхайм плакала. Слышала сквозь стену, когда проходила мимо. Громко. Навзрыд.
— Что они хотели?
— Представились исследователями семейных архивов, просили показать старые документы. Фрау согласилась.