Весь его план строился на том, чтобы заставить нас поверить в свою слабость и неуязвимость, увлечь погоней и окружением, выманить из «вагенбурга», а затем нанести внезапный и сокрушительный удар на открытом пространстве. И этот план сработал безукоризненно. Мы попались на удочку Самсонова и Зубова, как доверчивые рыбки на блесну опытного рыбака. Мы сами загнали себя в ловушку, растянув свои силы в стремлении добить противника. А теперь пришло время расплаты за нашу самонадеянность и недальновидность. Авангард Самсонова, как только восстановил мощности после прыжка, сходу ударил по эскадрам коалиции, которые в это самое время шли на окружение кораблей Зубова. Удар был стремительным и сокрушительным, как падение метеорита на незащищенную планету. Наши эскадры, застигнутые врасплох и лишенные прикрытия, не смогли оказать достойного сопротивления и организовать эффективную оборону. Дивизии, огибающие эскадру Демида Зубова с «флангов» не выдержали столь стремительной атаки и в беспорядке побежали под защиту основного флота Птолемея. Корабли Зубова, тем самым, были полностью деблокированы и находились сейчас в безопасности, готовясь к новому этапу разворачивающейся грандиозной битвы… …– Это просто невероятно! — воскликнул первый министр, с ужасом наблюдая, как на его тактической карте появляется огромный вражеский флот. Его лицо побледнело, а руки судорожно вцепились в подлокотники кресла, словно пытаясь найти в них опору и спасение от охватившего его страха и отчаяния. Он не мог поверить своим глазам, не хотел признавать реальность происходящего. Все его планы, надежды и амбиции рушились в одночасье, разбивались вдребезги о неумолимую стену фактов. Еще несколько минут назад Птолемей чувствовал себя хозяином положения, вершителем судеб и триумфатором. Он предвкушал скорую и легкую победу, видел себя в лучах славы и всеобщего поклонения. А теперь он вдруг осознал всю глубину своего заблуждения и просчета. Понял, что недооценил противника, позволил обмануть и загнать себя в ловушку. И теперь ему предстояло расплачиваться за свою самонадеянность. — Самсонов сам пришел к нам на свидание! — продолжал восклицать Птолемей, обращаясь к своим адмиралам, смотрящим на него с экрана. — И где все это время была наша хваленая разведка, которая проспала передвижение такого количества кораблей, совершающих прыжки через четыре звездные системы⁈ Как они могли прозевать такую армаду? Почему не доложили о ее приближении? Или «черноморцы» внезапно научились становиться невидимыми?